Скай О`Малли

Слуги приняли у мужчин плащи и поднесли им серебряные тазики с розовой водой, чтобы они умыли лица и руки. Освежившись, гости расселись на большие подушки, разложенные у стола.

— Господа, — начал Халид эль Бей, усаживаясь во главе стола, — мне доставляет огромное удовольствие, что вы пришли ко мне. И я хочу разделить свое счастье с вами и дарю каждому из вас на многие ночи наслаждения обученную в «Доме счастья» девственницу. — Он хлопнул в ладоши, и шесть девушек, одетых в яркие шелка, вошли в зал и быстро направились к мужчинам, которым были предназначены.

— Клянусь Аллахом, — провозгласил капитан Джамил, — вот это обхождение! Даже в Константинополе, Халид, я не сталкивался с такими изящными манерами. Я завтра же напишу султану и все расскажу ему.

— Тысяча благодарностей, — беззаботно ответил Халид. Ему больше пришлась по душе реакция других гостей. Глава купеческой гильдии и банкир были, без сомнения, очарованы девушками, а Жан на время потерял дар речи, когда его застенчиво приветствовали на родном языке.

На лице муллы играла улыбка — такое Халид эль Бей видел в первый раз! Осману тоже понравилась женщина.

— А где твоя невеста, Халид? — спросил капитан Джамил, внимательно изучив «подарок».

Как будто отвечая на его вопрос, двери банкетного зала растворились, и четыре чернокожих раба в набедренных повязках из красного шелка внесли в зал паланкин. Они осторожно поставили его на пол, и мажордом помог выйти из него даме в вуали и провел к столу.

Ее короткие бледно-лиловые шелковые панталоны напоминали цветом только что распустившуюся глицинию.

На ногах — расшитые сиреневатым жемчугом туфли. Бархатная блузка без рукавов украшена золотым шитьем и жемчугом, на руках — золотые браслеты. На шее красовалось жемчужное колье, в ушах жемчужные серьги. Цвета ночи волосы распущены и посыпаны золотой пудрой. Ниже великолепных глаз, подведенных краской, лицо скрывала газовая розовато-лиловая вуаль.

— Господа, моя жена — госпожа Скай мула эль Халид, — представил Бей, снимая с ее лица вуаль.

Гости точно онемели. Все в ней — безукоризненная кожа, глубокие голубые глаза, пухлые красные губы, изящный, слегка вздернутый нос — было превосходно. Наконец банкир обрел дар речи.

— Друг мой, Халид, у меня четыре жены. Но если их красоту сложить воедино, она все равно не сравнится с прелестью твоей невесты. Ты чертовски везучий человек!

Халид эль Бей счастливо рассмеялся.

— Спасибо, Мемхет. Твои комплименты радуют меня.