Скай О`Малли

Я не собираюсь с вами этого обсуждать. Серебристые глаза Найла сузились.

— Нет уж, Конд, позвольте я вам расскажу, как провел сегодняшний день. Сегодня я наслаждался благосклонностью вашей дочери. Она вполне охотно отдалась мне, и я могу с удовлетворением вам сообщить, что она была девственницей. Как раз сейчас мое семя, может быть, дает всходы в ее утробе. Вы сознательно лишили дочь возможности выйти замуж здесь, на Мальорке. Теперь ее не примет даже монастырь. Как вы посмотрите в лицо друзьям, когда мой ребенок станет заметен в ее животе? Вы последний человек в роду, Конд.

И род вашей жены давно угас. Вам некуда послать Констанцу, чтобы скрыть ее позор. Я так и слышу, как над вами хохочут ваши приятели. А если слух дойдет до ушей короля Филиппа, вас могут быстро сместить с губернаторского места.

С другой стороны, если вы примете мое предложение, вам станут завидовать, ведь я — завидная партия. Но решать, конечно, вам.

Франсиско Гидадела сделался из белого пунцовым и опять побелел. Найл Бурк закончил свою речь, и из горла губернатора вырвался непонятный звук.

— Вы хотите сказать, что принимаете мое предложение? — переспросил его Найл.

Конд лишь слабо кивнул головой, и Найл удовлетворенно улыбнулся:

— Завтра нам предстоит увидеться с епископом и совершить оглашение. Прикажите своему секретарю принести мне утром копию брачного контракта. Полагаю, поскольку Констанца — единственный ребенок в семье, ее приданое будет щедрым. Не то чтобы я слишком заботился об этом, но мой отец обязательно поинтересуется, что принесла с собой моя жена.

Конд послал ему ненавидящий взгляд, и Найл, усмехаясь, вышел из комнаты. Свершилось. Он опять помолвлен и надеется, что на этот раз брак принесет ему детей.

Констанца не Скай и никогда не займет ее места в сердце. Он грустно рассмеялся. Он никогда не любил никого, кроме Скай. Почему же судьба была к ним так жестока и разлучила накануне свадьбы?

— Скай, — он нежно произнес ее имя. — Скай О'Малли, любовь моя. — Всем нутром он прочувствовал эти слова.

Нет, она не может умереть! Если бы она была мертва, ее дух пришел бы к нему, и он бы это почувствовал. Как можно заставить считать ее мертвой, раз он в это не верит?

Нет, никогда он не полюбит Констанцу, как любил Скай. Но Констанца — юная и нежная. И она его получит, клялся себе Найл. Но стоило ему закрыть глаза, перед его взором всплывали смеющиеся голубые глаза, улыбающиеся алые губы.

— Будь ты проклята, Скай О'Малли, — ругался он. — Я этого не вынесу.