Скай О`Малли

— Земля была во владении семьи по крайней мере со времен Генриха V, — объяснил он. — А сам Рен-Корт построили во время правления Генриха VII. Вот почему дом по форме напоминает букву Н.

Сияющими голубыми глазами Скай посмотрела на моряка:

— Ты слишком скромничаешь, Робби. Ничего подобного я не ожидала.

Дом оказался удивительно красивым — из красного кирпича, увитый плющом, окруженный зелеными лугами. Основное здание — двухэтажное, а крылья — трехэтажные. На первом этаже располагался холл. Справа и слева лестницы вели в застекленную картинную галерею на втором этаже.

На первом этаже находились кухня и столовая, на втором, кроме галереи, размещались библиотека и салоны. На третьем этаже были спальни.

Когда они скакали по мощеной дорожке к дому, Скай восхищалась отсветом солнца в многочисленных окнах с металлическими переплетами, любовалась ароматными поздними розами, в изобилии растущими в саду. Над входной дверью красовался красный с золотом фамильный герб. Как только они подъехали к дому, им навстречу выбежали четыре конюха, чтобы принять лошадей, а Роберт Смолл осторожно снял Скай с седла.

Небольшого роста крепко сложенная женщина с седыми волосами появилась на пороге.

— Ну наконец ты вернулся, Робби! А это миссис Гойя дель Фуэнтес? — И, не дожидаясь ответа, она протянула руки

Скай. — Бедное дитя! Теперь вы в безопасности. Мы позаботимся и о вас, и о ребенке. Входите же в дом! Госпожа Сесили провела Скай, Жана и Мари внутрь, где в маленькой гостиной приветливо горел огонь.

— Садитесь. Никак не возьму в толк, почему Роберт разрешил вам в вашем положении ехать из города верхом. В повозке было бы не так скоро, но зато намного безопаснее. Но тем не менее вы здесь. Роберт! Посмотри, что там делает эта нерадивая Марта. У нее уже давно должно быть готово вино и пирожные для четверых усталых путников!

— Госпожа Сесили, называйте меня, пожалуйста, Скай. Миссис Гойя дель Фуэнтес — на этом же можно сломать язык!

— Спасибо, дитя мое. Я женщина прямодушная и привыкла без обиняков разговаривать с людьми.

 — Сесили кивнула Жану и Мари, сидевшим на диване справа от камина и внимательно слушавшим хозяйку дома. — Полагаю, что могу открыто говорить при ваших слугах. Они ведь ваши друзья — так писал мне Робби

Скай утвердительно наклонила голову, и госпожа Сесили набрала в легкие воздух.

— Брат кое-что рассказывал о вас. Бедная овечка! Как это ужасно потерять память и не иметь возможности вспомнить свою жизнь.