Скай О`Малли

Что-то захватывало его, овладевало им всем, нечто такое, против чего предостерегал его внутренний! голос.

— Взгляни на меня, моя радость, — произнес он. — Обещаю, что не укушу тебя, хотя, Бог свидетель, ты лакомый кусочек.

Скай застенчиво подняла свои голубые глаза и, взглянув в серые глаза лорда Бурка, почувствовала, что тонет в них. И поняла, что он испытывает то же самое. Они были не в силах оторвать друг от друга взгляда, растворились во времени, и их души, покинув тела, слились в одно совершенное создание.

Громкий взрыв смеха из другого конца зала нарушил очарование.

— Боже, что ты со мной сделала, маленькая ведьма? — выдавил Найл. Он сам был потрясен. — Сейчас же отвернись, Скай, иначе я опозорю нас обоих. — Он подал знак слуге принести поднос с вином и, схватив два бокала, протянул один девушке. Сделав большой глоток из другого, Найл с радостью почувствовал, как обжигающая жидкость разливается внутри. Она помогла ему собраться, не позволила навсегда увести из зала эту красивую девочку.

Во время ужина лорда Бурка как самого почетного гостя усадили рядом с будущей невестой. У него хватило сил скрыть волновавшие его чувства, но еда показалась ему пресной, как опилки. Лорд был светским человеком и весьма опытным, но девушка произвела на него столь сильное впечатление, какого не производила ни одна из женщин. Он отдавал себе отчет, что жаждет уложить ее в постель, но вместе с тем к этому желанию примешивалось и другое чувство, которого раньше он никогда не испытывал.

Найл Бурк был единственным сыном Рори Бурка, Мак-Уилльяма из Мид-Коннота. Мак-Уилльям уже почти отчаялся обзавестись наследником. Все его три жены умерли во время родов, но последняя подарила ему ребенка. С рождения Найл рос здоровым мальчуганом, но Мак-Уилльям неустанно его оберегал.

Кормилица мальчика ела за хозяйским столом, чтобы господин мог наблюдать, чем она питается. Детскую тщательно протапливали, чтобы во время сырой зимы она оставалась сухой.

Мальчик рос здоровым и веселым. От природы сообразительный, Найл сначала учился у священников, а потом для завершения образования был послан в Англию, в Кембридж. В физических упражнениях ему не было равных, и поскольку его не могли победить ни в одном виде спорта, юношу прозвали Железным.