Скай О`Малли

За такое вероломство он сослал ее в родительский дом Линтон-Корт. Туда на Михайлов день он ежегодно отправляет своего мажордома, чтобы расплатиться со слугами. Бесчувственный тип, вот что бы я сказал о нем. Но он богат. И по крайней мере не стоит беспокоиться, что он охотится за твоими деньгами.

Это суровое осуждение охотников за приданым рассмешило Скай. Она растрепала его редеющие волосы:

— Робби, дорогой, ты славный сторожевой пес, и я тебе очень благодарна. Ты, госпожа Сесили и Виллоу — вот моя настоящая семья.

Обещаю быть благоразумной с лордом Саутвудом. Но это всего поздний ужин.

— Я останусь здесь на ночь. Будет лучше, если в доме окажется мужчина.

— Спасибо, Робби. А теперь мне нужно подготовиться. — И, быстро поцеловав капитана в щеку, она взбежала наверх.

— Дейзи! — позвала она из своих комнат. — Скажи лакею, чтобы подготовил мне ванну, и достань синее бархатное платье с расшитой золотыми нитками нижней юбкой.

Пока лакей носил из кухни наверх бадьи с горячей водой, Скай села за туалетный столик и принялась перебирать ожерелья.

Она остановилась на двойной нитке великолепных бледно-розовых жемчужин и каплевидных розоватых бриллиантов. Это был подарок Халида, и Скай отметила, что мысль о покойном муже терзает ее не так уже сильно.

Лакей ушел, и она не спеша разделась. Дейзи приняла ее платье, и Скай заколола волосы черепаховыми шпильками. Сегодня мочить их не было необходимости, потому что вчера она их вымыла дождевой водой с экстрактом из лепестков роз. Она, обнаженная, прошла через комнату и влила в ванну немного экстракта.

Дейзи опустила карие глаза. Она никак не могла привыкнуть к тому, что госпожа так часто моется, да еще голая. Но служанка любила хозяйку и старалась свыкнуться с ее причудами.

— Можешь смотреть, Дейзи, — усмехнулась Скай, — я уже в ванной.

— Ах, мэм! Никогда, наверное, я к этому не привыкну!

— А что, ты никогда не смотрела даже на себя? У женщин привлекательные тела. У мужчин таких не бывает.

— Ох, мэм, что вы говорите? Если мать застанет меня за таким занятием, она побьет меня до синяков.

Скай улыбнулась про себя. Почему англичане — нет, поправилась она, европейцы — так боятся своих тел? И тут же рассмеялась, вспомнив, что сама европейка. Но как можно мыться только раз в году, к тому же в рубашке!

Взяв розовое мыло, она обильной пеной ополоснула лицо, намылила тело, испытывая почти чувственное наслаждение. Боже, подумала она, видя, как твердеют соски, я снова возвращаюсь к жизни и жажду мужской любви.