Скай О`Малли

 — Как ей сказать, что сообщил де Гренвилл, — думал он, — тем вечером, за чашей вина? Как поведать ей, что Саутвуд сделал ее своей любовницей, чтобы выиграть пари? А теперь мерзавец завладел ее сердцем. Будь он проклят! Лучше бы уж мне оказаться посреди урагана в Южной Атлантике!» Он медленно поднял на Скай глаза.

— За милорда Саутвуда! — предложила тост Скай. — Пусть живет вечно!

Безжизненной рукой Робби взялся за бокал.

— Да, — произнес он безучастным голосом. «Боже, как она счастлива! После смерти Халида такой я ее еще не видел! Провались в преисподнюю этот милорд! Теперь уже Скай от него поздно спасать.

Пусть выкручивается сама. Пусть хоть сегодня будет счастлива!»И он одним глотком осушил свой бокал и откинулся на бархатные подушки.

— И у меня для тебя есть новости, — проговорил он. — Королева принимает нас на следующий день после Сретения. К тому времени нам нужно спланировать наше первое плавание.

Она сразу же окунулась в дела:

— Ты уже решил, куда и зачем отправиться?

— За драгоценными камнями и пряностями.

В случае кораблекрушения, — объяснил моряк, — половина груза останется целой. Мы пойдем на юг, обогнем мыс Горн и войдем в Индийский океан за грузом перца, гвоздики, мускатного ореха и имбиря. Потом направимся в Бирму за рубинами — лучшие из них поступают в Рангун из центральной части страны. В Индии погрузим кардамон из Голконды, на Цейлоне — корицу и сапфиры.

— Покупай только голубые кашмирские сапфиры, — посоветовала Скай, — Халид считал, что у них лучший цвет.

— Я знаю. Плавание будет долгим и, в зависимости от обстоятельств, продлится год или два.

Она любовно посмотрела на капитана.

— Но ты ведь почти два года сидел на берегу и ждал этого плавания. Признайся, ноги соскучились по палубе? За меня не беспокойся, спокойно отправляйся в путь. Я благодарна тебе за дружбу, но теперь я уже совсем оправилась и могу сама строить свою жизнь.

— Я это знаю, девочка. Но боюсь, что тебя могут обидеть, воспользоваться твоей доверчивостью. Меня беспокоят эти штучки с твоей памятью.

Во многом ты еще очень наивна.

— Но у меня есть Джеффри, Робби.

— Полагайся только на себя, Скай! Люби Саутвуда, уж если так хочешь, но не доверяй ни одному мужчине!

— Робби! Какой же ты все-таки циник!

— Не циник, а реалист. В дверь постучали.

— Войдите! — разрешила Скай.

На серебряном подносе лакей подал ей свернутый пергамент. Скай развернула его и воскликнула:

— Джеффри вызывают из Лондона, — она повернулась к лакею.