Скай О`Малли

Это была его Скай, похожая на нее, как близнец. Он горел желанием и стыдился этого. Наверху спала его верная молодая жена — одна в кровати, пока Найл горевал в кабинете, стремясь в душе к другой женщине, мертвой женщине и жене другого человека.

Будь проклята эта графиня Линмутская, думал он, протягивая руку к графину. Он должен думать о наследнике, а не о мертвой. Уже два года Констанца была его женой, но не могла никак забеременеть. Не появись в округе его новые незаконнорожденные дети, Найл забеспокоился бы о себе.

Но причина, безусловно, была в Констанце. Он хотел вернуться домой с женой и ребенком. Мак-Уилльям старел, и весть о наследнике его бы поддержала.

После свадьбы несколько месяцев они пожили на Мальорке, потом отправились в свадебное путешествие через Средиземное море в Испанию, французский Прованс, Париж и прибыли домой. Зиму они провели в Париже — счастливое, веселое время, когда он обучал ее любви, и жена оказалась способной ученицей. Не знай он, что во время их первого свидания Констанца была девственницей, он бы усомнился в ее чистоте — так охотно она усваивала его уроки.

Потом он упрекнул себя в глупости. Как часто мужчинам приходится иметь дело с покорными холодными женщинами, которые лишь выполняют свой долг, а сами ненавидят любовь и страсть. Ему повезло — Констанца наслаждается любовью, и он должен быть доволен.

Сейчас он отправится к ней. Будет спать в ее спальне. Разбудит ее поцелуем — теплую и душистую — потом, сдерживая страсть, медленно возьмет. Она задрожит от наслаждения, будет царапать его спину.

Он поднялся, но головокружение заставило его снова сесть. Ему показалось, что в комнате слишком жарко. Он снова пригубил вино и понял, что очень устал. Он закрыл глаза, тяжелый бокал выпал из руки и покатился по коврику. Из приоткрытого рта вырвался храп. Найл Бурк крепко спал пьяным сном.

Через несколько минут дверь кабинета приоткрылась, и в комнату заглянули Констанца и Ана. На лице леди Бурк отразилась досада, красивые, похожие на анютины глазки глаза омрачились и сузились от злости.

— Он снова напился, — выпалила она. — Пил всю ночь. Ради всего святого, что это за человек, Ана?

— Он несчастен, девочка. Может быть, это из-за того, что у тебя нет ребенка.

— А разве я могу от него забеременеть, когда он в таком состоянии? — голос ее стал мягче. — Ана, принеси мне плащ.

— Нет, нет, девочка, не надо!

— Ана, я должна это сделать. Я вся горю. Иначе я просто умру!

— Я успокою тебя, девочка.

— Мне этого недостаточно, Ана.