Скай О`Малли

Прошу забыть меня и для блага собственной души жениться на достойной женщине как можно быстрее. Да сопутствует вам всюду Господь. Скай, леди О'Флахерти «.

Он не хотел верить тому, что прочитал. Ведь он не видел ее почерка. Уж не подделка ли это? Но рука была явно женской — буквы мило округлыми — и он узнал печатку на воске, такую она носила на пальце. Может быть, ее заставили написать это письмо? Но он помнил, сколько упрямства в Скай. Хоть жги ее ноги каленым железом, она не напишет того, чего не пожелает сама.

Будь она проклята! Проклята! Так вот что он значил для нее. Позорная ночь! Непостоянная сучка! Испытывая боль в душе, какую раньше ему никогда не приходилось переносить, Найл сморгнул слезы и хрипло произнес.

— Я женюсь на Дарре О'Нейл. — И, уронив письмо, быстро вышел из комнаты, даже не оглянувшись. Мак-Уилльям выждал несколько минут и сказал:

— Теперь можешь ехать, капитан Мак-Гвайр. Возвращайся и скажи О'Малли, что его план сработал. Через три недели сын женится и не доставит ему больше беспокойств.

Мак-Гвайр поклонился и, не говоря ни слова, отправился в путь.

Оставшись один, Мак-Уилльям почувствовал угрызение совести. Он глубоко любил сына и ни в чем ему не отказывал. И все же когда ему надо было выбирать в невестки О'Нейл или О'Малли, Мак-Уилльям безоговорочно сделал выбор. Найл прекрасно поладит с Даррой, и к этому времени на будущий год у него уже появится внук.

Во время пребывания в обители Святой Непорочной Невесты как-то под вечер Скай прогуливалась вдоль берега и услышала жалобный лай.

Обогнув скалу, она наткнулась на больного волкодава, почти еще щенка. Бедняга умирал от голода — ребра выпирали наружу. Шерсть так свалялась и пропиталась солью, что было трудно определить цвет собаки. Ногу зажало в трещине в скале. Скай подбежала к животному. Собака с надеждой посмотрела на девушку и дружелюбно завиляла хвостом.

— Несчастное животное, — пробормотала Скай и принялась освобождать собаку. Прежде всего она убрала мелкие камни, а потом аккуратно, как только могла, вынула лапу из трещины Собака дернулась, но даже не зарычала.

Скай похлопала ее по холке:

— Ну вот, хорошо, теперь пойдем поищем еды.

Пес с усилием поднялся на ноги и, спотыкаясь, поплелся за ней.

Монахини, как и Скай, пожалели собаку и впустили в монастырь. Откуда взялся пес и кто его хозяин, они так и не выяснили. Крестьяне с острова никогда бы не решились завести собаку королевской породы. Они держали рабочих псов — терьеров, мастифов, дворняг.