Скай О`Малли

— Ты изменилась, Скай.

— Нет, милорд. Просто научилась не верить обещаниям, которые даются на подушке.

Они разошлись и, следуя фигурам танца, встретились вновь в другом конце зала.

— Никак не возьму в толк, — объявил он, — что происходит в непостоянном женском уме. Ты ведешь себя так, будто это я тебя отверг, хотя все вышло как раз наоборот.

— Ты меня предал, оставил, даже не сказав «прощай», и поспешил домой, чтобы жениться и уложить в постель свою малахольную невесту. У меня просто не было случая тебя отвергнуть, но вот сейчас я тебя отвергаю!

— До твоей свадьбы, Скай, я не был помолвлен с Даррой О'Нейл, а должен был жениться на ее сестре Сейт, но она умерла.

Танец снова их развел. Когда они встретились опять, Найл продолжал:

— Я никогда бы не женился на Дарре, если бы не твое письмо.

Скай остановилась как вкопанная:

Один взгляд на Скай подсказал Найлу, что что-то здесь не так. Однако вокруг толпились люди, некоторые уже присматривались к ним с нескрываемым интересом.

— Ты устала, леди О'Флахерти.

Позволь проводить тебя к стулу и подать холодного вина, — объявил он громко и повел к алькову с окном. Хотя и весь зал мог наблюдать за ними, однако они могли свободно разговаривать, без боязни быть подслушанными. У проходящего слуги Найл взял с подноса два бокала и подал один Скай.

Понимая, что следует притвориться, она откинулась на стуле и прикрыла глаза, изображая изнеможение. Сердце сильно забилось, но не от усталости, а от внезапного сознания того, что их, видимо, провели.

— Какое письмо? — повторила она вопрос.

— Я оставил тебя не по доброй воле, Скай. Твой отец приказал пареньку забраться по виноградной лозе к тебе в комнату и открыть дверь О'Малли и его людям. Меня выволокли из комнаты. Я объяснил твоему отцу наши намерения, но он меня и слушать не стал. Вместо этого меня оглушили, и капитан Мак-Гвайр отвез домой. На следующий день мне передали письмо, в котором ты осуждала нашу связь. Почерк показался мне женским, и я узнал печатку с одного из твоих колец.

— Такие кольца есть у нас у всех, Найл. Даже у Эйбхлин.

— Я не знал, — тяжело вздохнул лорд Бурк. — Похоже, эти два старых паука — наши отцы, будь они прокляты, — обстряпали свое дельце бесчестным образом.

— Ты любишь ее, Найл?

— Нет. Она готовилась стать монахиней и в сердце осталась ею. Она больше времени проводит на коленях, чем в постели.

— Я рада, — твердо сказала Скай, и он ее понял.

— Дома. Здесь нет сомнений. Клянусь тебе, Найл.