Скалка

— Вика! Подожди! — раздается за спиной, а соседка только ускоряет шаг. Еле поспеваю за ней.

Саша догоняет нас через минуту.

— Да погоди ты! — Удерживает ее за локоть. Хватка крепкая, раз Туева вырваться не может. — Поговорить надо.

— Мне не надо, — чеканит Вика каждое слово. Я даже восхитилась: у меня так никогда не получалось. — Пусти!

Он сверлит ее взглядом, сам, видать, тоже не в себе. Я кожей ощущаю напряжение в воздухе. Еще чуть-чуть, и смогу его потрогать.

— Поедем со мной и поговорим как взрослые люди.

Она молчит, а потом со злостью дергает плечом, да так сильно, что Морозов ее отпускает.

— Вика! — выдыхает парень. — Никто не виноват, что так произошло.

Что произошло-то? Неуютно стоять на ветру, ничего не понимая, но чувствуя, что эти двое друг друга готовы если не убить, то поколотить как минимум. Вика даже кулаки сжала, а мажор вдруг кладет руку ей на плечо. Самоубийца! Она его точно двинуть может. Вот тебе и Туева!

— Мне полицию вызвать?

От голоса Туевой стало еще холоднее.

— Зачем полицию?

Я вздрагиваю от знакомого голоса.

— Что у вас случилось, Виктория?

Я даже не заметила, как Холодов подошел к нам. Он давно тут стоит? Все-таки как хорошо, что он рядом.

— Не лезь… те… пожалуйста! — Морозов оборачивается к Ярославу и зло цедит сквозь зубы: — Это моя сестра, и я сам разберусь!

Чего? Сестра? Я не ослышалась? Да там с лупой не найдешь у них ни одной общей черты. Вика — высокая и тонкая как тростинка, с темными прямыми волосами, глаза слегка раскосые, тонкие губы, высокие скулы… Морозов — шатен с типично славянским лицом, как про таких говорили раньше: кровь с молоком.

Холодов тоже выглядит удивленным, даже привычное надменное выражение лица куда-то исчезло. Вот зуб даю, он сейчас думает о том же, о чем и я.

— Сестра? — произносит как бы сам себе, но смотрит на Вику. — Это правда?

— Вранье! Я единственный ребенок в семье, — отвечает она, не давая Морозову возразить (а тот уже рот открыл), подходит ближе к Холодову и громко произносит: — Ярослав Денисович, проводите нас с Тамарой, пожалуйста, до остановки.

Ну во-первых, еще не так уж темно, а во-вторых, отсюда видна остановка, метров двести до нее, и никаких маньяков на дороге к ней не наблюдается. Это очевидно всем, кто слышит Вику. Ее просьба просто смешна.