Скалка

Я слышу его дыхание в трубке, он молчит, а я наконец произношу вслух то, что зрело во мне не недели, а месяцы. И Марина с его бывшей женой на самом деле ни при чем. Дело в нем, в нас!

— Я люблю тебя. Я тебя очень люблю, ты и сам это знаешь. Но мне этого мало. Я хочу… доверия, уважения, что ли… Мне время нужно… для себя… подумать, чего я хочу. Я вернусь через пару дней, наверное. Я позвоню.

Мне больше нечего добавить, трубка сама выскальзывает из ладони, падает на колени. Вика забирает быстро телефон, а я слышу рядом старческий голос:

— Молодец, девочка! Так ему! Раз любит, сам прибежит!

Вот в этом я совсем не уверена.

— Все беды от баб, — шипит мужской голос сзади. — Себя накрутила и парню весь мозг выела!

— Девушка, мы вообще улетим сегодня?! У меня ребенок заснуть не может. Когда свет выключите?

Глава 44

Тамара— Ужель та самая Тамара?! — Высокий статный брюнет со смеющимися темными глазами подходит вплотную и, не говоря больше ни слова, вдруг крепко обнимает меня. От удивления я даже не сразу реагирую, стою оторопело, позволяя незнакомому человеку стискивать себя в объятиях.

Опомнилась лишь, когда он меня отпустил. — Привет!

— Здрасте! — Смотрю на мужчину и узнаю в нем Марата лет через двадцать пять или тридцать. — Да, я Тамара. Приятно познакомиться.

— Я — Тимур Даудович, можно просто Тимур. Я папа Марата.

Просто Тимур? Ну это вряд ли!

Туева стоит рядом, глазами ищет свою родню. Мы поспорили немного в самолете. Точнее, они между собой переругивались, решая, кому я должна достаться — Вике или Марату.

Бухтияров давил на «здравый смысл» — мол, я же приехала сдавать экзамен, чтобы поступить на кулинарные курсы его родителей. Так зачем мне мотаться к ним через весь огромный незнакомый город? Туева просто так не сдавалась, тыкая в приличия и что «парню Скалкиной это не понравится» и «не надо еще больше все усложнять». Победила Туева, меня не спрашивали, куда я хочу. А если бы спросили, то я честно сказала бы, что развернула бы самолет и полетела бы обратно. Домой. К нему. Это, оказывается, невообразимо больно — улетать от того, кого так сильно любишь. Как будто сердце свое на части рвешь и бросаешь по кусочкам себе за спину. Вроде вперед идешь, а на дороге позади тебя остаются пылающие живые угольки…

— Пап, привет! Мы решили, что Тамара поедет сейчас с Викой домой. А завтра тогда…

— Завтра в полдень мы тебя ждем, — перебивает отец сына, обращаясь ко мне. — Приходи, посмотрим, на что ты способна.