Скандал ей к лицу

– Вы уже видели темницы? – поинтересовалась леди Диана.

– Т-темницы? – переспросила Нелл, и холодок пробежал по ее телу.

– Вы хотите сказать, что Джулиан еще не рассказал вам о них? – воскликнула леди Диана. – О, как это плохо с его стороны!

Наклонясь к Нелл, Элизабет спросила:

– Разве вы не знаете, что большой поместный дом построен на месте древнего замка? И что имеется тайный проход, ведущий в старые темницы под нами? – Она содрогнулась с детским восторгом. – Это необыкновенно жуткое место. Кузен Чарлз как-то повел нас туда на экскурсию и порассказал много страшных историй.

Постучав пальчиком по губам, Элизабет промолвила:

– Знаете, а обследование темниц может оказаться не очень хорошей идеей. Кузен Чарлз показывал их нам летом, и мне смутно помнится, что он говорил о том, какие они сырые... и что зимой их иногда заливает.

– Верно, верно, – подтвердила леди Диана. – Нет, нам придется придумать что-нибудь другое.

– Как насчет галереи? – предложила Элизабет.

Первый граф действительно выглядел негодяем, но Нелл могла наконец увидеть, от кого Джулиан унаследовал зеленые глаза и черные насупленные брови. Они начали обход с дальнего, самого старого конца галереи и отлично провели время, рассматривая портреты и забавляясь комментариями по поводу стиля одежд и причесок. Перейдя в раздел портретов более современных членов семейства, Нелл обратила внимание на один, который заставил ее замереть без движения.

Он занимал почетное место в собственном алькове. На маленькой полочке под огромной золоченой рамой стоял букет свежих благоуханных лилий из оранжереи поместья.

Нелл заметила цветы, но главное, не могла оторвать глаз от изображенной на портрете молодой женщины в сапфирово-синем платье, с золотыми волосами и глазами небесной голубизны. Прелестнее ее Нелл никого в жизни не видела: личико сердечком, изящная фигурка.

Элизабет заметила ее интерес и, подойдя поближе, тихо промолвила:

– Это леди Кэтрин. Первая жена Джулиана. Она была такой прелестной. Смерть ее стала ужасной трагедией.

– Действительно, прелесть, – ровным голосом откликнулась Нелл. Одно дело было думать о безликой сопернице, и совсем другое – знать, что женщина, забравшая с собой в могилу сердце ее мужа, была несравненной красавицей.