Скандал ей к лицу

Ты рада этой новости?

Нелл робко встретила его страстный взгляд.

Джулиан рассмеялся и, подхватив ее на руки, закружил по комнате, пока у нее не завертелось все перед глазами.

– Рад ли я? – переспросил он, наконец остановившись. – «Рад» кажется мне слишком слабым определением, чтобы описать мои теперешние чувства. Я... я просто пьян от счастья. Я в экстазе! И то, что ты тоже счастлива, только добавляет мне восторга.

Не выпуская Нелл из объятий, он повалился в одно из объемистых мягких кожаных кресел перед камином. Ее голова уютно пристроилась на его плече, и Джулиан нежно гладил растрепанную каштановую головку, щекотавшую локонами его подбородок.

– Не могу припомнить другого такого чудесного момента в моей жизни, – признался он. – Когда утром доктор Коулмен сказал мне, что я стану отцом, у меня подогнулись колени, и ты могла бы свалить меня на пол перышком. Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать смысл его слов, а потом меня охватила, нет, опалила такая радость... – Он поцеловал ее в макушку.

– Ты сделала меня самым счастливым человеком на свете, дорогая, и я бесконечно благодарен тебе!

По крайней мере, с одним из ее страхов было покончено: муж был в восторге от ее беременности. Однако Нелл не хотела его благодарности, она хотела его любви, и от этой мысли радость ее потускнела. Призрак Кэтрин навис над ней, как топор палача, угрожая ее будущему, и Нелл была твердо настроена не открывать свое сердце зря... особенно человеку, который любил другую.

– Я очень довольна, – чопорным тоном объявила она, вставая, – что известие о нашем ребенке делает тебя счастливым.

Это была не совсем та реакция, на которую Джулиан надеялся, но, вспомнив об их расставании прошлой ночью, он тоже встал и, ласково погладив ее по щеке, спросил:

– Ты все еще сердишься на меня за вчерашний вечер?

Нелл дернула плечом и отвернулась.

– Не сержусь, – призналась она, – скорее, разочарована. – Подойдя ближе к огню, она бросила на мужа взгляд через плечо. – Ты усомнился в моем слове. – В ее прекрасных глазах сверкнул боевой огонь.

– Джулиан, ты не можешь верить, что я вчера как-то поощрила Тиндейла! Я его видеть не могу без отвращения! Я просто была с ним вежлива, потому что у меня не было выхода. Неужели ты предпочел бы, чтобы я устроила сцену и приказала ему убраться с моих глаз долой?

– Ты права, что сердишься на меня, – признался Джулиан. – Ты вела себя именно так, как должно. Это я виноват. Я вел себя как болван. – И, криво улыбнувшись, объяснил: – Прости меня..