Мила гневно закусывает губу, но тут же снова принимает доброжелательный вид.
Вопреки моим словам подозрение насчёт Анны всё сильнее набирает обороты. Я вспоминаю каждую минуту рядом с ней и понимаю, что изменилась она довольно резко. И совсем недавно.
– Ты ведь не думаешь, что я могла обмануть тебя, правда? Не думаешь, что моя метка поддельная? – Мила закусывает пухлую губку, глядя на меня приторно-сладким взглядом верной собачонки.
Конечно, думаю.
Изначально не стоило сомневаться, но меня сбило с толку, что Анна беременна не драконом.
Её предательство перевернуло всё с ног на голову.
Миле не нравится, что я игнорирую вопрос. В её глазах мелькает что-то дикое.
Она грациозно встаёт со стула, и шаль с плеч падает на пол. Но Милава не торопится её поднимать.
– Я верю, что мы идеально подходим друг другу, – произносит она, медленно обходя стол и не сводя с меня томного взгляда.
Мне даже интересно, что она предпримет. Судя по движениям и решительности во взгляде попытается соблазнить.
Так и происходит.
Она садится на стол, провокационно близко ко мне. Смотрит глаза в глаза.
Я слегка отодвигаюсь от стола и поворачиваюсь к Миле, с интересом наблюдая за происходящим.
Она призывно облизывает губы, а затем изящным движением стягивает с плеч голубую ткань. Готов поспорить, она выбрала неспроста этот наряд, уж слишком легко поддалось платье. Значит, готовилась заранее.
Моему взгляду предстают упругие белые полушария груди и аккуратные розовые ореолы. Милава выглядят совершенно. Она привлекательна настолько, насколько может быть молодая красивая женщина.
Я лениво осматриваю девушку, и останавливаю взгляд на то и дело вздымающейся груди.
Мила дышит тяжело, глядит вызывающе и с некоторым волнением. Очевидно, дальше она не продумала план действий. В её картине мира я сейчас должен повалить её на стол, хорошенько отодрать, а затем влюбиться без памяти.
План довольно глупый и наивный, но, видимо, ей он казался безупречным.
Я встаю и подаюсь вперёд, глядя на Милу сверху вниз.
Она призывно откидывается на столе, опираясь на руки, и приоткрывает рот.
– Оденься и не позорься. Я не люблю шлюх, – усмехаюсь я.
Её лицо мгновенно меняется. В глазах вспыхивает возмущение и стыд. Щёки Милы становятся пунцовыми, она открывает рот, но затем сразу же его закрывает. Поспешно вскакивает. Мы настолько близко, что ей приходится протискиваться между мной и столом. Я специально не отхожу, насмешливо наблюдая за ней. Не хочу облегчать ей задачу.
