Но на этот раз я уже ожидаю чего-то подобного, поэтому просто подаюсь назад, избегая удара:
– Не смейте прикасаться ко мне!
– Тебя высекут сегодня вечером. Тридцать ударов плетью на площади. И всю ночь проведёшь привязанной к столбу, – в голосе лиры Дарины сквозит ликование, настолько она рада, что отомстит мне.
От её слов меня ошпаривает страхом. Что будет с ребёнком, если я замёрзну? Ночи здесь холодные, того и гляди пойдёт снег со дня на день. Видя мою реакцию, Дарина растягивает губы в довольной улыбке.
– Вы же говорили, что Анна беременна.
Запрещено сечь беременных, – внезапно встаёт на мою защиту Зоряна.
– А мне плевать. Я сказала – её высекут.
– Боюсь, я вынуждена буду сообщить об этом лиру Норду, – голос Зоряны дрожит. – Он ведь сегодня говорил нам, что любит, когда правила соблюдаются неукоснительно.
Зоряна сейчас многое поставила на карту. Мне даже не верится, что она заступилась за меня.
– Уж не из-за тебя ли произошла авария? – огромная лира Дарина угрожающе надвигается на маленькую Зоряну.
– Может вы сговорились с новенькой, а? Подозрительно это всё.
– Как вы можете? Зоряна старшая на фабрике столько лет, что не сосчитать, – вдруг говорит Рада, набираясь смелости. – А Анна помогла! Она велела мне найти тряпки, намочить их и раздать. И все, кто воспользовался тряпками чувствуют себя куда лучше, чем те, кто не захотел.
– Да, так и есть!
– Мне правда было легче дышать!
– Анна придумала, что нужно засыпать смолу гибельника песком! Многих бы обожгло или даже сварило заживо, если бы не она!
Старые девы внезапно начинают роптать.
То ли с подачи Зоряны, то ли потому что всем становится жалко беременную меня. А может им наконец-то надоело работать в скотских условиях?
– Всем заткнуться! – рычит лира Дарина. – Сейчас же молчать!
Кто-то послушно притихает, но некоторые продолжают говорить, глядя на наставницу исподлобья.
– Мы занимаемся не тем, чем нужно, – повышаю голос я. – Скажите, лекарь уже едет? Нужно осмотреть пострадавших. Некоторые упали с лестницы…
Вдруг раздаётся топот нескольких ног.
Появляются около пяти старых дев с хлыстами и дубинами в руках. Их явно кто-то позвал, поняв, что дело пахнет жареным. Значит, у лиры Дарины есть верные союзники.
При виде подмоги Дарина едва заметно облегчённо вздыхает и тут же принимается нападать на меня:
– Командовать вздумала, подколодная змеюка? А ну замолчала! – топает ногой она, а потом обращается ко всем: – И вы, значит, вздумали подать голос, шавки? Сейчас я преподам вам урок.
