Моя злость тут же испаряется, а на место ей приходит стыд. Я не должна была вот так выходить из себя.
– Простите меня, – понуро опускаю голову. – Я сама не своя в последние дни.
– Оно и неудивительно, после аварии на фабрике…
– Вы правы, я должна думать о ребёнке. Гордостью сыт не будешь. Я возьму деньги. И я правда их отработаю, клянусь.
Облегчение сразу же отражается на лице старшего послушника.
– Это верное решение, лира Анна.
– Я хотела кое-что вам рассказать. Вчера ко мне в дом приходил некий Радимир, я видела его в храме, поэтому наверняка вы его знаете.
– Что же он хотел?
Я впервые вижу, чтобы Добромир выглядел таким рассерженным. Он становится похож на нахохлившегося бледного цыплёнка.
– Хотел, чтобы я стала его любовницей за еду и какие-то материальные блага. Безусловно, я ему отказала.
Добромир поджимает губы, видно, что он о чём-то размышляет и, судя по его лицу, приходит ко всё более удручающим выводам.
– Но это ещё не конец истории. Он начал избивать мою соседку Есению, мне пришлось вмешаться и прогнать его.
Но боюсь, Радимир по собственной глупости мог подумать, что я ведьма.
Я немного лукавлю, потому что не могу рассказать про Велика. Но мне очень нужен совет кого-то из местных.
– Вы перешли дорогу очень опасному человеку. Он богат и влиятелен. Они с Дариной давние приятели. Боюсь, как бы теперь не случилось беды.
– Беда сопровождает меня всюду, – печально отвечаю я. – Дарину я и так вчера разозлила.
Внезапно Добромир подаётся вперёд, беря меня за руку. Его лицо становится решительным.
– Анна, я знаю, как вам помочь. Только не пугайтесь. Вам ведь ещё нет двадцати восьми, осталось пара дней до вашего дня рождения. Вам просто нужно выйти замуж…
Мне не нравится, куда сворачивает наш разговор. Я аккуратно тяну руку на себя, но Добромир ещё сильнее вцепляется, вдобавок припечатывая её сверху своей второй ладонью.
А я-то всё думала, почему он так добр со мной? Почему помогает? Ведь в землях безмужних много тех, кто страдает, но он носится именно со мной.
– Знаю, мы едва знакомы, но хочу вас уверить, я – хороший человек. Да, скромного достатка и из бедной семьи, но моя душа чиста. Меня не смущает то, что вы беременны…– горячо произносит послушник.
– Добромир, не говорите о том, о чём мы оба потом пожалеем, – предупреждаю я, в ушах стучит пульс.
– Я задам вам вопрос, а вы подумайте, ладно?
Ответить я не успеваю, потому что вдруг понимаю, что уже какое-то время чувствую чей-то обжигающий пристальный взгляд.
