Мама неодобрительно поджимает губы, и я опускаю взгляд на руки. Лучше молчать.
— Не больно ты рада своему жениху, — сухо замечает Салманов. И вот тут внезапно вмешивается мама:
— Таир, зачем вы это все сделали?
— Что именно?
— К чему эта провокация? Ладно, сходить в ресторан после того скандала. Но зачем было провоцировать Тахировых?
— О чем это вы? — холодно спрашивает Таир.
— О том, что все знают, кто обедает за этим столом, — тихо отвечает мама. Несмотря на то, что Салманов давит ее взглядом, она не прячет своего.
Хотя я вижу, как сильно нервничает.
— Зачем было дразнить их? — добавляю я, надеясь переключить внимание жениха на себя. Не хочу, чтобы мама пострадала из — за меня. Я ведь понимаю, что она просто вступается, потому что любит и волнуется за меня.
Таир отвечает не сразу. Смеривает меня холодным взглядом.
— Хасан заверил меня, что ты правильно воспитана, — медленно произносит он. — Но сейчас у меня появляются сомнения.
Вспыхиваю от вполне себе справедливого замечания.
— Прости, — вздрагиваю, словно получила пощечину.
Хотя отчасти так и есть. Для меня любое замечание о моем воспитании сейчас очень больно слышать.
— Я не позволю никому вытирать об себя ноги, — холодно и цинично заявляет между тем мой будущий муж. — И раз ты будешь носить мою фамилию, то и ты тоже не позволишь."
"В его глазах такая решимость, что я не нахожусь, что ответить. От Таира исходит удивительная энергетика. Мне Арсен казался образцом мужчины. Но сейчас я понимаю, насколько тот проще и моложе по сравнению с Салмановым.
Это как сравнить щенка и взрослого бультерьера.
— Таир, не стоит так давить на Аишу, — снова вмешивается мама. — Ты взрослый мужчина, у тебя есть броня. Ты многого достиг. Она же — юная девочка, которой еще только предстоит познать мудрость во многих вещах. Если ты считаешь, что ее воспитание недостаточно хорошо для тебя, ругай меня. Не ее. Это наш с мужем просчет.
Я очень удивляюсь, когда вместо того, чтобы царственно кивнуть, Таир вдруг примиряюще улыбается.
Едва заметно, но все же.
— Нет, меня вполне устраивает все как есть. А то, что Аиша пока не готова отстаивать свое право под солнцем, не беда. Для этого у нее будет муж.
При этом он смотрит мне в глаза, а у меня против воли предательски краснеют щеки. Будто у этих слов есть какой — то неведомый мне подтекст.
Меня отвлекает неясный гул, который проносится по залу.
Растерянно оглядываюсь по сторонам, замечая, что многие посетители смотрят в сторону дверей.
