Скандальная связь

Я ждал две недели, что появишься, чтобы забрать кулон, да хоть просто придешь поплакаться в жилетку, но ты, оказывается, кремень. Еще и в черный список кинула. Пришлось самому идти на абордаж.

– Эрик… за ужин и вечер спасибо, но… – Набираю в легкие воздуха и выпаливаю на одном дыхании: – Приглашать к себе не готова. По крайней мере, этим вечером.

Везунчик расплывается в наглой, самонадеянной улыбке.

– Расслабься, Рина. Я просто везу тебя домой.

– Просто домой? – неверяще хмыкаю я.

– Если бы я хотел тебя трахнуть, то сделал бы это ещё во Владивостоке. В клубе. Но не хочу с тобой так.

– А в отеле почему было так? – Чувствую, как в груди образуется ком.

– Почему был секс, хотя я не настроен был его продолжать? – уточняет Эрик.

– Да.

– Потому что побоялся ранить твои чувства. Быть отвергнутой в первый раз, наверное, было бы очень обидно и больно? И хорошо, что я этого не сделал, а то пошла бы ты искать новый компромат и приключения на свою задницу, так?

– Нет! Не так! –  Сердце бьется в груди с бешеной скоростью.

– А как?

– Мне не нравится этот разговор, – резко говорю я.

– А я хочу знать. Какими принципами ты руководствовалась?

Меня начинает потряхивать от возмущения. Почему-то хочется сказать Эрику что-то неприятное. Возможно, это защитная реакция. Но на что? Ведь никто не нападает, везунчик спокойно озвучивает свои вопросы.

– Чтобы мужчина был симпатичный и привлекал внешне.

– Дальше.

– Чтобы было не омерзительно, когда прикоснется.

– Продолжай.

– Если бы ты был таким же глупым недоноском, как тот, что недавно подсел ко мне в кафе и сунул деньги, я бы никуда с тобой не поехала. Всё?

Внутри мучительно щемит. Не хочу продолжать этот разговор.

– А если бы я их сунул после секса, отымел тебя во все дырки и оставил в ужасном состоянии в отеле?

– Что ты хочешь от меня услышать, Эрик?

– Хочу, чтобы ты задумалась о том, что последствия твоего поступка могли иметь необратимый характер.

– Зачем?

– С цифрами в ладах. Больше, конечно, по программной части спец, но посмотреть лишним не будет. Хуже не сделаю.

Это становится последней каплей для хрупкого самообладания.