Скандальный развод, или Хозяйка владений "Драконье сердце" (СИ)

Уж всяко будут вкуснее, чем стряпня этой дуры Грейс.

Мать подала любовнику руку, и они пошли вниз по лестнице, о чём-то тихонько переговариваясь.

Фух. Отвадила хотя бы на время.

– Она змея, – услышала я голос Эстер. – Простите, леди Эванс. Я сидела здесь на диванчике за углом и всё слышала. Не специально. Вы же не променяете владения на замужество? Она хочет вас обмануть! Всё равно будет ухлёстывать за Господином Мэллори.

– Нет, не променяю, – я ласково поправила волосы девчушки, которые неаккуратно торчали из-за маскарадной маски.

– Но я хочу помочь матери и вам…

– Иди. У Грейс теперь достаточно помощников. Найди Эми и повеселитесь, как следует. Такое у вас задание на вечер. Поняла?

– Да, леди Эванс, – смущённо улыбнулась Эстер и поспешила прочь.

У меня на душе потеплело, от доброты и чистоты маленького открытого сердечка юной девушки. И тем сильнее захотелось, что у нас всё получилось, и мы больше ни в чём не нуждались.

Вскоре уже все гости прибыли. Я предполагала, что либо пропустила, когда пришли отец с братом, либо их всё ещё не было.

Я вошла в зал с удовлетворением отметив, что места хватило всем и вроде бы никто не толкался локтями. И медленно пошла к постаменту, где играли ненавязчивую мелодию музыканты. Позади них был огромный занавес. Я планировала иногда приглашать актёров играть сатирические комедии прямо в клубе. Но это только если разживёмся золотом.

Взойдя на постамент, я сделала знак – музыка прекратилась.

Я знала, что сегодня выгляжу великолепно. Возможно даже провокационно. Но а как ещё должна выглядеть хозяйка скандального женского клуба?

На мне было лиловое платье из тонкой, струящейся ткани, которая переливалась при движении. Верх платья был с глубоким декольте в форме сердца, и был украшен тонким дорогим кружевом. Для придания объема юбке были использованы слои воздушной органзы. Плечи были открыты, добавляя платью нотку элегантности и сексуальности. Я чувствовала себя слишком вызывающе одетой по местным меркам.

Я перестала быть Маришкой-Пухляшкой, глупышкой Мари и жалкой разведёнкой.

Теперь я была самой таинственной и обсуждаемой женщиной столицы.

Ко мне повернулись головы в масках. Гомон прекратился.

Я сняла свою маску и слегка улыбнулась, подходя ближе к краю постамента.

– Дамы и господа, милые гости нашего удивительного вечера! Сегодня я открываю двери моего провокационного женского клуба для вас.