Переварил информацию — принял.
— Ладно, дайте пару дней, я подумаю. А пока не угробьте животное и давайте обсудим вещи более приземленные.
— Давайте обсудим. Я сейчас на испытательном. Сильно светиться и вылезать мне нельзя. Но есть несколько идей, которые срочно хочу реализовать.
— Тоже с животными?
Встречаемся глазами и улыбаемся друг другу.
— Нет. Это уже с людьми.
— Ну тогда говорите…
Мы с Вадимом не меньше часа обсуждаем мои бизнес-идеи. Некоторые Вадим искренне не советует даже пытаться реализовать — говорит, что влетим.
Для некоторых обещает очертить риски.
Вопрос получения прав на общение с сыном я сознательно не поднимаю, хотя и знаю, что Молотову Вадим помог узаконить статус отца и заполучить равные с матерью возможности.
Но у них ситуация была сложной. Плохой.
С Агатой воевать я не хочу.
Она меня еще сильнее возненавидит, если ляпну что-то про мысли отсудить сына. Да и у меня язык не повернется. Я хочу не окончательно убить ее доверие, а вернуть нашу любовь.
Поэтому разберемся без юристов.
А юриста нагружу другим.
После часового разговора у Вадима — целый список новых запросов, а у меня, судя по всему, будущее крупное списание с банковского счета. Но так уже и будет. Экономить на безопасности я не собираюсь. Теперь я человек семейный, пусть и потенциально. Рисковать мне нельзя. За исключением контрабаса жирафа, конечно.
Встаю с кресла и протягиваю Вадиму руку. Наше пожатие обоюдно приятно, я уверен в этом. Мы договариваемся о следующей встрече.
— По животному я вам на днях наберу.
— Хорошо, спасибо, буду ждать.
На сей раз уже Вадим поворачивает голову к портрету. Смотрит на него. Расплывается в улыбке. Я тоже еще раз смотрю.
Сентиментальным назвать себя не могу, но в голове шальная мысль: помиримся, сделаем такой же с Агатой и Тимом. Даст бог, может и не только с ним. Из задворок памяти на поверхность в последнее время все чаще выныривают планы из прошлой жизни. Мы с Агатой хотели как минимум двоих. Один уже есть. Спасибо ей огромное.
— Вы в следующий раз не рвитесь в Конго за экзотическими животными, Игорь.
Вадим произносит загадочно, я приподнимаю брови.
— Я вам такую экзотику подгоню, закачаетесь.
Адвокат кивает на портрет, я тут же смотрю на страшного щенка.
— Это что за порода, кстати?
— Еще не регистрировали. Сами выводим. Активно. Плод любви. Характер — жесть. Внешность — страх. Но детям нравятся. Третий выводок.
Присвистываю.
— Так что если сын еще что-то необычное захочет — звоните.
