Передо мной незнакомый мужчина. Он проходится по мне взглядом с ног до головы. Прочищает горло, спрашивает:
— Простите, здесь живет Игорь Серебрянский?
Взгляд его строгий, холодный.
— Да, он здесь, — отвечаю неуверенно, чувствуя беспокойство. — А вы кто?
Мужчина достает из кармана удостоверение, развернув его, практически впечатывает его в мое лицо.
— Я офицер надзора, Павлов Святослав Алексеевич, — представляется он и мои глаза расширяются от удивления. — Игорь Серебрянский досрочно вышел из тюрьмы, но вчера он не пришел отметиться, как это предусмотрено условиями его освобождения.
Я здесь, чтобы выяснить причину.
Я чувствовала, как мое сердце замерло в груди, а пол под ногами пошатнулся.
— Простите, но это должно быть какая-то ошибка, — качаю головой, голос мой звучит неуверенно. — Игорь не мог сидеть в тюрьме, он не преступник.
— Преступник или нет, не вам решать, — строго произносит он, усмехаясь. — Могу я войти? Позовете Серебрянского?
Я стою на пороге, не в силах сдвинуться с места. В голове крутится одна мысль: ""Игорь, тюрьма, это не может быть правдой"".
С каждой секундой мое сердце бьется все сильнее, и в глазах начинает темнеть от шока.
— Пожалуйста, входите. Я сейчас, — едва слышно говорю я, отступая назад.
Мужчина входит в квартиру, его взгляд скользит по комнате. Я ощущаю, как моя рука дрожит, когда я закрываю за ним дверь.
— Игорь! — мой голос срывается, когда я кричу в сторону рабочего кабинета. — К тебе пришли!
Игорь выходит из кабинета, на его лице читается удивление.
Но когда его взгляд встречается с взглядом Павлова, он мгновенно меняется. В его глазах мелькает что-то, похожее на страх, или, возможно, сожаление.
— Святослав Алексеевич, — Игорь кивает ему, пытаясь сохранить спокойствие. — Что привело вас сюда? — Он ведет себя непринужденно, но глаза выдают его.
Игорь все время косится на меня, пытаясь понять что именно я успела узнать от мужчины и какой будет моя реакция на неожиданно открывшиеся подробности жизни бывшего мужа.
— Вы пропустили вчерашнюю встречу для отметки, — отвечает офицер.
— Это серьезное нарушение условий вашего освобождения.
Мои мысли бегут хаотично. Игорь в тюрьме? Как это произошло? Когда? За что? Не может же быть такого, чтобы он человека убил?
Почему он никогда не говорил о том, что был в тюрьме?
В голове сумбур из вопросов, недоверия и разочарования.
Игоря взгляд встречается с моим, и я вижу в нем мольбу о понимании и прощении. Но я уже не знаю, могу ли я ему простить еще одну ложь.
