Демидов решил, что этот малахит добыт в его вотчине.
– Как доехали из Невьянска, Акинфий Никитич?"
"– Благодарствую, Василий Никитич. Утро хорошее выдалось. Зарей из экипажа полюбовался. А то ведь все недосуг за делами.
– Изволили верно заметить. Довелось как раз и мне сегодня восход наблюдать. Волшебство!.. Позвольте задним числом отблагодарить вас и людей ваших за встречу, какой я удостоился у вас, проезжая через Невьянск. Тронут! Понеже среди народа встречающего были и дети. Их привет – сама сердечность, святость искренности.
.. Понравились мне ваши слободы. Все в них – по-хозяйски. Своим чиновникам всегда в пример вас ставлю, когда заходит речь о хозяйской рачительности.
– Обидели нас, ваше превосходительство, нашего дома не навестили.
– Покорнейше прошу прощения. Отнюдь не имел намерения обиду вам учинить. Не заехал только по той причине, что не чаял вас дома застать. Имел донесение, что вы в столицу отбыли.
– Совершенно справедливо. Но в Невьянске был мой сын Прокопий.
– Какая досада! Знай я об этом, обязательно навестил бы молодого хозяина.
В столице доводилось встречаться с ним. Молодой человек стремление имеет к познанию горного и торгового дела. Не ленится навещать другие страны. Это похвально. Было бы нам о чем побеседовать. Жалею! Весьма сожалею!
– Милости прошу как-нибудь осчастливить и меня своим посещением. Дозвольте осмелиться и задать откровенный вопрос: по какой причине, ваше превосходительство, до сей поры не изволили лично мои заводы осмотреть?
– Столь же откровенно отвечу.
Во-первых, не хотел себе огорчение причинять, видя у вас то, чего не могу добиться у себя на казенных горных заводах. Впрочем, смею заверить: порядки на ваших заводах мне ведомы. Во-вторых, не люблю по указке ходить: дескать, сие разрешается осмотреть, а сие – упаси бог!
Демидов простодушно всплеснул руками.
– Да не правда все это! Приезжайте, смотрите все, что душе вашей угодно. Какие же у меня от государственного глаза могут быть секреты?
Татищев оценил это простодушие по достоинству.
Желая покамест избрать другую тему, он остановил свой взгляд на столичном кафтане и камзоле гостя.
– Как столица здравствует?
– Грешно живет. Доносами да сплетнями.
– На то и столица. Где блеск, там и треск.
– Истинно так. Недаром говорится, что Питер – бока повытер.
– Стало быть, шумливая и беспечная жизнь столицы вам не по душе? К лесной тишине привыкли?
– Не то. Шумливость веселия я люблю. Но в столице нынче во всех какая-то злобливость подлая, волчья.
