Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Точно так же, как и с отцом. Орут друг на друга и шипят, словно пара одичалых котов, а потом один яростно лупит в кузнице молотом, а второй исчезает где-то на целый день.

– Я говорил отцу, пусть приедет с семьей в Мандаллен, там, в лагере, между своими, Эсо’бар быстро позабудет об этих глупостях. Здесь… – Первый покачал головой и, что поймало Кайлеан врасплох, выглядел и вправду опечаленным. – Здесь он раньше или позже сломает Клятву.

– А в лагерях этого не случается? – вмешалась она. – Никогда?

– Случается, кузина, случается.

Некоторым тесно в родных фургонах, подумывают о том, чтобы их дом осел на земле. А есть и такие, которым не по вкусу оставаться гостями, и они желают сделаться меекханцами.

– Хм, мир, полный меекханцев? Единые законы и обычаи, единая религия. Ты бы и вправду этого хотела?

– Ты же знаешь, что не об этом здесь речь, Первый. Я спрашиваю, плохо ли то, что кто-то ищет собственный путь? Другой, нежели путь отцов и дедов.

– Ага, – вмешалась Нее’ва. – Добавь еще – матерей и бабок.

Вы треплетесь, словно из колесницы выпали, а все, как всегда, из-за девушки. Дочка мельника из Леввена. Эсо’бар ездит к ней уже с год… Ну что? Что ты меня толкаешь, Первая? Тоже мне большая тайна! Девушка – меекханка, как Кайлеан, светлые волосы, голубенькие глазки. Вскружила ему голову – и только-то. Нынче он по муку ездил бы каждые три дня, и грызутся о том с отцом каждую минуту. И именно ради нее Третий готов вскочить в седло – я готова поспорить на что хотите.

Кайлеан слышала об этом впервые, и, судя по взглядам, которыми обменялись с Нее’вой остальные, это было новостью не для нее одной.

Может, за исключением Ана’вы, которая воткнула в сестрицу яростный взгляд.

– Я никогда больше ничего тебе не скажу.

– Не скажу, не скажу. Держала бы ты язык за зубами, а они бы сейчас друг дружку ножами резали. Пусть Первый привезет из Манделлен какую-то красотку, и Эсо’бар на раз-два вернется к семье. Девушки-то там есть красивые, а, Дер?

– Не знаю. Но в сравнении с тобою, Вторая, языки-то у них наверняка покороче.

– Коза-задавака, – с жестом, что означал «любимая».

Она фыркнула и демонстративно повернулась спиной. Кайлеан только улыбнулась. Нее’ве в этом году исполнялось пятнадцать, и большинство ее мыслей крутилось вокруг парней, девушек и отношений между ними, а поскольку из Фургонщиков рядом были только братья, это начинало становиться раздражающим. Но, вероятно, благодаря такому она и попала в цель.