Скажи, что любишь

Откуда я могла знать, что ты приедешь на скачки? — Затем она буквально отпихнула Дерека в сторону и произнесла:

— Как я рада вас видеть, Келси. Я и не подозревала, что вы знакомы с моим кузеном.

Увидев садящуюся в карету Регину Эден, Келси ужасно смутилась. Одно дело выдать себя за кого угодно в разговоре с незнакомкой, которая никогда тебя больше не увидит, другое…

— Дерек ваш кузен, леди Эден?

— О да. Мы вместе росли, разве вы не знаете? И прошу вас, называйте меня просто Регги, как все члены семьи… — Она выдержала паузу и взглянула на Джереми.

Смущение Дерека уступило место испугу.

— Регги, откуда ты знаешь Келси?

— Мы встретились на днях у портнихи и успели подружиться. Но, Боже милосердный, как она оказалась одна в твоем экипаже, Дерек? Ты же знаешь, какие могут поползти слухи.

Дерек окончательно растерялся, и в этот момент Джереми пришел на помощь:

— Келси — двоюродная сестра Перси, — сказал он.

Перси моргнул, но после того, как Джереми его незаметно ущипнул, поспешно добавил:

— Да, Келси — моя кузина.

— Как здорово! — воскликнула Регги. — Я сразу же почувствовала, что мы станем друзьями, теперь я знаю почему. Сегодня ты должен привезти Келси на обед, Перси. Разумеется, все остальные тоже приглашены.

Мужчины остолбенели.

— Наверное, не получится…

— У меня вообще-то были другие… Регги неожиданно нахмурилась.

— Надеюсь, вы шутите? Не забывайте, я пробуду в городе всего несколько дней. Придут твой отец и тетя Георгина, Джереми.

Джереми закатил глаза. Дерек откинулся на сиденье и издал невнятный стон. Регги всегда отличалась умением манипулировать людьми. Причем делала это с рысьей ловкостью и коварством.

— Выходит, мы все едем? — спросил Дерека Перси.

В эту минуту Дерек был готов убить своего друга. Джереми и Дерек оказались загнаны в угол, в то время как Перси еще мог отвертеться, поскольку формально членом семьи не являлся.

Добряк старина Перси никогда не отличался особой сообразительностью.

— Знаешь, вообще-то это выглядело странно, — сказала Регги мужу, готовясь к встрече гостей. — Все трое смутились, будто действительно не хотели приходить. Боже мой, это всего-навсего ужин, несколько часов их драгоценного времени. Потом они могут делать… то, что они всегда делают.