В итоге теперь сердито шагал снаружи, то и дело расползаясь по снежной каше, потому что такси в наш двор заезжать отказываются.
Провожаю его взглядом и невольно улыбаюсь. Ничего, ему полезно, пусть побесится.
Тем временем Кир выпроваживает своих. Только Нина Ивановна напоследок заглядывает ко мне, целует в нос Ксюшу и убегает со словами:
— Нам уже пора.
В опустевшей и тихой квартире я спокойно укладываю дочку и выхожу к бывшему мужу. Он на кухне, абсолютно спокойный и невозмутимый, читает новости.
— Ты как? — спрашивает, не отрывая взгляда от экрана.
Я прислушиваюсь к своим ощущениям.
Как я? На удивление хорошо.
— Все в порядке, — жму плечами и рассеяно улыбаюсь. — как прошел разговор с папулей?
Кир усмехается и показывает ладонью, мол ни то, ни се.
— Кажется, я его разочаровал.
— Ну и правильно, а то ходишь тут весь из себя правильный, выпендриваешься…
Боже, я что пошутила? Со Смолиным? Капец…
Кажется, от смущения я покраснела вся, до кончиков волос. Пришлось поспешно отворачиваться к раковине и делать вид, что надо срочно постирать одноразовую салфетку, которой стираю со стола.
Кирилл или не замечает моей выходки, или делает вид, что не замечает.
— Мне остаться, чтобы помочь тебе с купанием, или сама справишься?
Конечно, я справлюсь, но… На плите стоит жаркое в горшочках, в духовке румяный пирог, в морозилке торт-мороженое. Наготовила на пятерых, а в итоге все разбежались, не съев ни кусочка.
— Поужинаем?
— С удовольствием.
Вот и славно. Не пропадать же добру?
Убеждая себя в том, что это единственная причина, по которой я попросила бывшего мужа остаться, начинаю накрывать на стол.
Вечер получается на удивление неплохим. У нас есть вкусная еда и актуальная тема для разговоров – родительское влияние, и как от него отбиться. Аккуратно, подбирая слова и маневрируя, мы говорим не только о сегодняшнем спектакле, устроенном моим отцом, но и о том, что было раньше. Учимся делать то, что прежде у нас категорически не получалось – не просто обмениваться ничего не значащими словами, а слушать друг друга и слышать.
Это не просто. Слишком много обид и ошибок в прошлом, их не забудешь и не вычеркнешь. Их надо прорабатывать, проговаривать и заново строить то, что было разрушено.
Сложно, но я готова попробовать. Потому что сегодня, впервые за все время почувствовала, что Смолин на моей стороне. Искренне, от души, а не ради галки или того, чтобы кому-то угодить. А еще я почувствовала, что он сам готов измениться и сделать шаг навстречу.
