Скажи мне «да». Возвращение

Леди Лэйр, изрядно растеряв страх перед похитителем, измученная неудобствами в дороге и собственным не очень хорошим самочувствием, негромко спросила:

— Можно мне руки развязать? Не сбегу я никуда, — с кривой улыбкой добавила Нери.

Оллад поднял голову и внимательно посмотрел на неё, без тени веселья.

— Руки развяжу, ноги — нет, — кратко ответил он.

«И на том спасибо», — мысленно отозвалась Нери, но вслух не стала произносить — мало ли, снова на насмешки нарвётся. Молча перенесла, пока Оллад спутывал ей лодыжки, а вот когда снимал верёвки с запястий, не удержалась, тихо зашипела.

Затёкшие руки двигались плохо, кожу кололи сотни невидимых иголочек, и она покраснела от контакта с грубой пенькой. Нерас начала осторожно растирать, жалея об отсутствии возможности смазать царапины. Дальнейшие действия Оллада удивили и обеспокоили девушку: он перехватил её кисти, вытянул к себе, внимательно рассматривая последствия собственной осторожности. Потом без слов встал, подошёл к своей сумке и что-то достал оттуда, вернулся к Нерас, настороженно наблюдавшей за его перемещениями. Остальные из отряда занялись привычными делами: кто-то ушёл за хворостом и дровами, кто-то рассёдлывал лошадей, кто-то отправился на вечернюю охоту к ужину.

— Дай руки, — отрывисто приказал Оллад, и Нери от неожиданности послушно протянула ладони похитителю.

Он аккуратно взял её кисти, осмотрел покрасневшую и поцарапанную кожу, качнул головой. Потом открыл небольшую коробочку, в которой оказалась какая-то мазь с сильным травяным запахом.

С возрастающим удивлением и замешательством Нерас смотрела, как Оллад зачерпнул пальцами мази и начал осторожно, медленно втирать в пострадавшие запястья. Она прикусила губу, на глаза неожиданно навернулись слёзы, которые девушка поспешно сморгнула.

— Зачем? — ровным голосом спросила девушка. — Я же пленница, не заслуживающая внимания, — не удержалась, добавила едко, эмоции взметнулись мутной волной, требуя выхода.

Оллад бросил на неё косой взгляд, не прерывая занятия.

— Заслуживающая, — возразил пограничник, чем вверг Нери в новые переживания. — Я уже говорил, ты красивая и нравишься мне.

После чего снова сосредоточился на деле. Леди Лэйр стало страшно от того, как спокойно он это сказал: значит, не игра, не просто провокация с целью очернить её в глазах Рахерда. Прикосновения Оллада стали мягче, нежнее, и у Нерас мурашки побежали по коже, но отнюдь не от приятных ощущений.