Скажи своей невесте «Нет»

А так, мало ли. Может, Ворон сам велел сестричку за стол позвать. Позвали, я пошла. И никакого повода для сплетен. Ага, это я так думала. Но не учла Горислава.

Он не стал ждать, пока невесты подвинутся. Попросту наклонился и подхватил меня на руки. Я не заорала от неожиданности только потому, что дыхание перехватило.

– Ты ж и не поешь ничего, коли о тебе не позаботиться, – шепнул воин мне на ухо и понес к главному столу.

Гробовую тишину, царившую вокруг, разорвал голос Ворона.

– А почему никто не ест? Яства не удались? Провинились кашевары?

Люди словно опомнились.

Кто-то взялся за кружку, кто-то принялся громко заверять, что еда выше всяких похвал. Ворон не ответил, но на меня в любом случае прекратили пялиться. Ухо пощекотал смешок Горислава, вот уж кому идиотская ситуация явно доставила удовольствие.

Он дошел до помоста, птицей взлетел по шаткой лесенке и усадил меня прямо в кресло. Сам плюхнулся рядом, между мной и братом. Не успела я отдышаться, как моя тарелка уже была доверху наполнена мясными разносолами.

Со вздохом я взялась за куриную ножку, выглядевшую наиболее прожаренной, и чуть не подавилась.

– Что это за выходка?! – прошипел Ворон.

Я скосила глаза. На столе между блюдами лежала завязанная узлом двузубая вилка.

– Какая выходка? – как ни в чем не бывало уточнил Горислав.

– Зачем тебя понесло вниз?!

– За кем, – поправил нахал, и мне пришлось закусить губу, чтобы не рассмеяться, так невинно прозвучал его голос. – Я сходил за Мариной.

– Не сердись, любимый, – пропела Луиза.

 – Он всего лишь хотел услужить мне. Я так скучаю без своей подруженьки.

– Так какой из моих невест ты хотел услужить? – рядом с вилкой легла такая же искореженная ложка.

– Никакой, – пожал плечами Горислав. – Ты забыл позаботиться о нашей сестричке, и я сделал это сам.

– Марина, – словно нехотя буркнул Ворон. – В следующий раз сама иди к нашему столу. Ни к чему плодить разговоры.

– Угу, – отозвалась я.

Хозяин замка отвернулся, а Горислав мне подмигнул и подсунул поближе кубок с вином.

«Ну вот… Братья ругаются, а у невест косы трещат, – подумала я. – И как меня угораздило в это вляпаться?»

Я снова покосилась на воинов. Горислав едва заметно улыбался и, откинувшись в кресле, потягивал вино. Ворон же словно почувствовал мой взгляд. Мгновенье, и я смотрю в яркие синие глаза. Сердце вспугнутой птицей зашлось в бешеном ритме. Я смотрела и не могла отвернуться, словно какая-то неведомая сила превратила меня в неподвижную статую.