Когда Женя припарковался, она вместо того, чтобы вежливо распрощаться и умотать по своим девичьим делам, навалилась на опешившего водителя и принялась лапать карманы на его брюках. Во всяком случае, сначала Женя подумал именно так, мимоходом порадовавшись, что деньги всегда лежали в нагрудном кармане рубахи. Но Валентина, утробно пыхтя и тихо повизгивая, добралась и до заветного кармашка, застегнутого на пуговку. Все произошло мгновенно. Не успел Женя изумиться и расслабиться, поняв, что Валю интересуют не деньги, а нечто иное, как его затопила сначала гордость в связи с тем, что девушки до такой степени впадают в транс от его присутствия, а затем он вообще провалился в черную дыру, прорвавшуюся в его помутневшем сознании.
Потом он, мокрый и растерзанный, сбивчиво лепетал Вале, что «нигде, ни с кем и никогда ему так не было». Женя был совершенно искренен. Он чувствовал себя розовым фламинго в лучах заката, Тарзаном и шапкой Мономаха одновременно. Гордость и самоуверенность вперемешку с восторгом и благодарностью переполняли его, как пиво переполняет бокал, нежной шапкой пены наползая на тонкие стены.
– Ты… ты… это нечто, – слабо выдохнула Валя. – У меня тоже никогда такого не было. Я с ума схожу. Я теперь жить без тебя не смогу.
– Я без тебя тоже. – Женя осторожно погладил ее по руке.
«Вот и умница», – удовлетворенно подумала она, с легким презрением вспоминая произошедшее.
Подобного в ее жизни действительно не случалось. Даже пьяный одноклассник из сельской школы, пригласивший однажды Валю за ягодами на ночь глядя, не оставил в ее душе столь мутного осадка.
То, что Жене казалось верхом собственного мастерства, для опытной Валентины представлялось жалкой попыткой изобразить нечто отдаленно похожее на обычную процедуру. Женины потуги напоминали вспышку спички на фоне салюта в честь Дня Победы.
Однажды в жизни каждого человека случается чудо. Имя этому чуду любовь. Подобно яркому цветку, она вырастает на пути, но у кого-то это происходит очень рано, у кого-то – до обидного поздно.
Бесшабашная молодость недальновидно втыкает волшебный цветок в общий букет, где он скоропостижно вянет, а печальная старость, подслеповато щурясь, уже не имеет возможности разглядеть его во всей красе. В худшем случае фортуна вообще вплетет цветок в надгробный венок, а в лучшем, что бывает редко, преподнесет в середине пути. Женя был уверен, что ему выпал последний вариант.
