«Никогда вас не обижу». От этих слов кружилась голова и сжималось горло. Он хотел продолжения. Защитник, рыцарь.
– Зарабатываю я нормально. И про квартиру не вру, не думайте. Могу паспорт показать. Я там ремонт недавно сделал. И книг у меня целый шкаф. Если что по хозяйству починить, так я тоже умею. Ну, спросите меня что-нибудь!"
"Смущенно пожав плечами, Галина затеребила подол. Поворачиваться к Жене не хотелось: наверняка нос еще распухший, а под глазами мешки. В общем, болотная фея. А хотелось быть королевной.
Романтической героиней. Или просто нормальной теткой без пятен, соплей и прыща на носу, который вдруг начал болеть и чесаться.
– Домой, да? – Женя в отчаянии шлепнул ладонями по рулю и сжал губы. – А хочешь, я тебе подарок какой-нибудь куплю?
Он снова говорил «ты», и это обнадеживало. Галя поерзала и попыталась встряхнуть слипшиеся от слез мысли: надо срочно поддержать беседу. Если бы он тогда поцеловал ее, то и не нужно было бы сейчас ничего придумывать, но кто же захочет целоваться с барышней, похожей на переваренную свеклу!
– Нет, – глухо прошептала она и откашлялась.
– Не надо подарок. Ничего не надо.
Почему-то в самый ответственный момент слова приобретали совершенно ненужный подтекст и загадочность. У Галочки тоже наблюдалась определенная проблема с формулировками. Если бы на ее месте была Наташка, то никаких проблем не возникло бы.
«А что бы сделала Наталья?» – вдруг подумала Галя, попытавшись всунуть в свою шкуру разбитную подругу.
Все варианты, приходившие в голову, пришлось отмести как нецелесообразные. Самым приличным было приглашение на чашку чая, но в Галином случае к чаю на сладкое прилагалась Светлана Николаевна.
Женя демонстративно молчал, но Галина почти физически ощущала его смятение и напряженный поиск темы для разговора. Вырванная с ошметками изоленты ручка теперь была единственной причиной оставаться в машине, соблюдая приличия.
Казалось, что оба сказали уже друг другу все и теперь искусственно затягивали общение.
Как часто мы видим лишь оборотную сторону медали, не догадываясь перевернуть ее. Жизнь похожа на китайский ширпотреб: снаружи яркие рисунки и гладкая ткань, а с изнанки – лохматые нитки и расползающиеся швы. Как часто, увидев на ком-то пеструю тряпочку, нам так хочется именно такую, поскольку она выглядит необычайно привлекательной, а надеваешь на себя, смотришь изнутри и обнаруживаешь сплошные дефекты.
