И если человека, говорящего на чуждом нам наречии, мы можем понять хотя бы с помощью языка жестов или словаря, то противоположному полу и этого не дано, поскольку слова и жесты друг друга мы понимаем весьма превратно. Конечно, поверхностный контакт все же удалось установить, и в наш обиход вошли устойчивые выражения, позволяющие планировать общение. Так, если супруга говорит вечером мужу «у меня болит голова», то любой мало-мальски опытный мужчина знает, что это вовсе не означает, что надо бежать за таблеткой.
Он просто смирно ляжет спать в ожидании того светлого дня, когда супругу покинут мигрени или она сама покинет его, освободив место для более сговорчивой дамы. А если мужчина, озабоченно хмуря брови, сообщит, что идет в баню, то остаток дня супруга станет готовиться к тому, что мужа принесут в полубессознательном состоянии и обопрут о косяк, после чего его безвольное тело будет долго, с песнями и байками просачиваться через порог.
Если слабая половина человечества рассказывает сильной половине все того же человечества, что у подруги появилась новая шуба из модного в этом сезоне рыбьего меха, то умный и проницательный мужчина, поверхностно ознакомленный с основными устойчивыми выражениями дамского словаря, будет знать, что это вовсе не означает, что женщина просто поделилась с ним информацией или собирается порадоваться за удачливую подругу.
Нет. Он сообразит, что от него ожидают конкретных телодвижений в сторону магазина.
Кстати, и извечное женское «пройдемся по магазинам» тоже вовсе не подразумевает быстрого движения мимо прилавков без задействования кошелька или кредитной карточки. Не говоря уже о банальной фразе «я задержался на совещании». Данная конструкция многозначна, как существительное «коса». И если в русском языке все зависит от контекста, то в межполовом общении все обычно зависит от множества факторов. Так, если последняя фраза сопровождается густым запахом перцовой водки, то женщина может ограничиться устным выговором ударнику капиталистического труда или, в зависимости от интенсивности аромата и устойчивости супруга, легким ударом любым подручным предметом.
Если же амбре больше похоже на смесь коньяка и французско-польских духов, а супруг более-менее устойчив и непривычно многословен, особенно в части подробностей, касающихся повестки дня проведенного совещания, то ему можно только посочувствовать.
