Кроме уже имеющегося огонька над столом не зажглось ни единого светильника.
Глубоко подышала, чтобы успокоиться, и решила идти на выход — ну, в самом деле, не сидеть же мне в библиотеке до утра. Огляделась по сторонам в поисках чего-нибудь тяжеленького — отбиваться от потенциальных врагов. Как назло, вообще ничего — ни латунной чернильницы, ни пресс-папье, ни медного подсвечника.
Не знаю, почему я решила заглянуть под стол и вдруг заметила круглую ручку под столешницей. Потянула за нее и открыла невысокий, узкий, и на первый взгляд, пустой ящик.
Сунула туда нос, в надежде найти что-нибудь тяжелое для самообороны — у задней стенки что-то темнело. Я засунула руку почти по плечо, пошарила и вытащила книжицу размером с ежедневник в потертом переплете, перетянутом тонкой бечевкой.
Повертела находку в руках. Книжка была очень старая, на обложке лежал толстый слой слежавшейся пыли, говорящий, что в ящике вещь пролежала как минимум несколько лет. Я размотала бечевку и осторожно раскрыла слипшиеся странички.
Пожелтевшие листы были исписаны мелким аккуратным почерком, перемежаясь какими-то формулами и черно-белыми рисунками, сделанными от руки. Похоже на чей-то научный дневник, забытый в ящике библиотечного стола.
Так и не найдя ничего тяжелого, я мысленно перекрестилась и пошла к выходу, прихватив находку с собой — в библиотеке книжица явно никому не нужна, а меня она заинтересовала.
Я еще раз безрезультатно похлопала в ладоши, покричала магическое слово «свет» и, как в прорубь, нырнула в темноту, чувствуя, как от страха подрагивают пальцы.
Выйдя за границу освещенного круга, остановилась, давая глазам привыкнуть к темноте, и осторожно двинулась в сторону, где по моим расчетам должен быть выход.
Почти на ощупь сделала шагов тридцать, вздрагивая от каждого шороха, и чуть не заорала от ужаса, когда меня обхватили крепкие руки и над ухом тягуче прозвучало:
— Не спеши-и…
Глава 41
— Арий, ты что творишь? — я от души заехала дракону кулаком по каменной груди. Да у меня сердце, чуть не выскочило от испуга, когда он схватил меня в темноте, а ему хоть бы хны — обнял меня и принялся лапать без зазрения совести.
Мы стояли в обнимку между библиотечных полок, по-прежнему в полной темноте, и руки Ария гуляли по моей спине и прочим местам, как по своим собственным.
— Кто тебе разрешил без охраны куда-то выходить? — ничуть не смутившись парировал драконище. — Если рядом нет меня, Станисласа, Арагеса или телохранителя, ты никуда и шагу не делаешь.
