Сегодня я снова дам его тебе. Не можешь же ты пойти на отбор, даже не зная, как что называется, правда? Тебя ведь там за необразованную деревенщину примут. А ты у нас теперь девушка с титулом и должна соответствовать вновь приобретенному статусу. Поэтому, перед сном наденешь повязочку на глазки, и баиньки. А утром уже будешь знать и историю с географией, и ботанику и зоологией, и даже в местном политическом устройстве начнешь разбираться. Заодно, еще парочку полезных языков выучишь.
В комнату тихой мышкой просочилась Зури и с поклоном обратилась к Станисласу:
— Претемнейший, пришла модистка и обувщик.
И ваш ювелир, мэрт Грамус, прибыл.
— Зури, мэтра Грамуса проводи ко мне в кабинет. Регина, ты ведь не возражаешь, если я сам выберу для тебя украшения?
Я не возражала, и Станислас удалился, напоследок предупредив, что на выбор нарядов времени у меня только до обеда. Вот смешной: до обеда — это же целый вагон времени. Да я даже джинсы за каких-то десять минут могу себе подобрать. А ведь, всем известно, что проще найти идеального бойфренда, чем хорошо сидящие на тебе джинсы.
Однако, войдя в свою спальню, я с ужасом поняла, что очень, очень сильно заблуждалась…
Глава 14
Я зашла в свою спальню и оторопела — все свободное пространство было завешено, завалено и заставлено платьями, рулонами тканей и горами разноцветных коробок. Отдельно лежали страшного вида проволочные конструкции, похожие на птичьи клетки, только намного больше.
Посреди этого бедлама возвышалась впечатляющая во всех смыслах мадам.
Выше меня на полголовы и в объеме как четыре таких, как я. Осанка — королевская, платье — пурпурное с золотым шитьем, а на голове синенькие рожки, кокетливо закрученные.
Мадам отдавала команды четырем девушкам, которые вихрем носились по комнате, повинуясь ее зычному голосу. Увидев меня, дама хищно прищурилась и протрубила:
— И где вы ходите, милочка? Я заждалась!
От этого ее «заждалась» меня пробрал неприятный озноб, а интуиция завопила в полный голос, умоляя убегать.
Однако, только я сделала шаг в сторону двери, как мадам щелкнула пальцами, две ее помощницы подхватили меня и, не обращая внимания на сопротивление, буквально понесли к толстухе. Я только и могла, что возмущенно пинать ногами воздух, потому что девицы ловко уклонялись от моих пенделей.
Меня поставили на низкую табуреточку, а дама принялась ходить вокруг, рассматривая меня, как статую в музее. Причем, уродливую статую, судя по выражению ее лица.
