Мне позвонила ее подруга и сообщила, что Реджи не вернулась из поездки в Санкт-Петербург и перестала отвечать на телефонные звонки.
Мужчина присел перед женщиной на корточки и взял ее за руки.
— Рената, пожалуйста, успокойся и расскажи мне все, что тебе известно о ее исчезновении, — между бровей мужчины залегла складка.
— Я попросила о помощи своих друзей в Питере. Они наняли детектива, и он узнал, что за день до отъезда Реджи отправилась на экскурсию и не вернулась. Вместе с ней пропал и ее личный гид.
Детектив прошел по маршруту экскурсии, нашел водителя такси, которое привезло их.
Опросил соседей и жильцов дома — и никаких следов и зацепок.
— Рената, что за экскурсия? Ты знаешь? — мужчина сжал тонкие кисти у себя в ладонях. — Куда она направилась со своим гидом?
Рената уставилась на него заплаканными, карими глазами:
— На крышу. Это была экскурсия по старым питерским крышам. И она не хотела туда идти, потому что боится высоты. Я еще ее пристыдила, сказав, что пора избавляться от этого детского страха.
— Это не детский страх, Рената. Я сам запечатывал магию нашей дочери и сделал так, чтобы она боялась любых высоких мест. Чтобы ей даже в голову не пришло забраться куда-то, где ее может поджидать портал.
Женщина ахнула, прижав ладонь к губам. Глаза с ужасом смотрели в лицо мужчине:
— Ты хочешь сказать…? — голос дрогнул и сорвался.
— Боюсь, что ее увели в наш мир, Рената.
Глава 36
Арий
Я вам не помешал? — эту фразочку я услышал у Станисласа, и она запала мне в память. Почему-то, увидев, как Арагес обнимает Рейджину, я ляпнул именно ее, хотя первым моим желанием было откусить демону голову.
Сдержался, потому что больше не собираюсь пугать Рейджину своими драконьими инстинктами.
Мы с ней не очень хорошо начали. Я успел наделать дел, с удовольствием доводя рыжую язвочку до бешенства, сам раз за разом приходя в ярость от ее выходок. Да еще Станислас со своим рассказом про мой гарем помог мне совсем упасть в глазах Рейджины. Хочется убить рогатого за это.
Но я сам, как болван, не сразу понял, почему эта девчонка в зеленом платье, с языком, как острая бритва и восхитительной улыбкой так меня злит, раздражает и притягивает.
И все это одновременно.
Почему одним своим словом доводит до исступления, а затем одной единственной улыбкой делает счастливым. Не задумывался, что неспроста меня каждую секунду тянет прилипнуть к ней и не отходить ни на шаг. Все время держать ее в поле зрения и, не дай первородный дракон, к ней приблизится другой мужчина.
