Сказка о смерти

Оле Лукойе песочный человечек. По ночам он приходит в дома, в одних чулках тихонько поднимается по лестнице. Дожидается, пока люди заснут, подкрадывается и раскрывает над ними свой волшебный зонт. Послушные дети видят сказки, а нехорошие – кошмары. Всего семь историй, потому что в неделе семь дней.

– Тогда в Вене речь идет о нехороших детях. Если вы правы и все убийства связаны, то сейчас у нас семь трупов. – У Снейдера были воспаленные белки, под глазами обозначились мешки. – На этот раз среди жертв и тринадцатилетний мальчик.

– Твою мать, – вырвалось у Сабины, которая спонтанно подумала о своих племянницах.

Затем Снейдер упомянул мертвого попугая, и Сабина вспомнила сцену из «Оле Лукойе». «Песочный человечек дотронулся острием своего зонтика до картины, и нарисованные на ней птицы запели и зашевелились» – с той лишь разницей, что этот песочный человечек нес смерть.

– Какие цифры были обнаружены на телах убитых?

– Двенадцать, четырнадцать и пятнадцать.

Сабина немного подумала.

– Не хватает тринадцати? – Она увидела, как Снейдер кивнул.

– Пит ван Лун повышает результативность.

– Вы уверены, что это он?

– Вы были знакомы с жертвами? – спросила она.

– Не лично, но однажды я имел дело с Эрихом фон Кесслером.

– С тем самым Эрихом фон Кесслером, чью дочь Пит ван Лун убил пять лет назад в Кёльне?

– А… – Сабина замялась. – Кесслер вас ненавидел?

– Как я уже сказал, однажды мне пришлось иметь с ним дело, – без эмоций повторил Снейдер.

Сабина закусила губу. «Но он не ответил на твой вопрос!» Впрочем, было бессмысленно настаивать. В зеркале за спиной у Снейдера она увидела, как к нему приближается официант в черном костюме с бабочкой.

– Все в порядке? – спросил низкий голос на венском диалекте.

– А похоже? Нет, не в порядке! – набросился Снейдер на официанта.

– Чтобы вы оставили меня в покое! Спасибо! – рявкнул Снейдер.

– Прошу вас великодушно меня извинить за беспокойство, – спокойно произнес официант, и Сабина увидела, как он бесшумно удалился с подносом в руке.

– Вы недолюбливаете венцев, да? – спросила она.

– В настоящий момент я всех недолюбливаю. – Снейдер помассировал виски. Его лысина блестела испариной. В точке между большим и указательным пальцами торчала акупунктурная игла, которая раскачивалась из стороны в сторону.

– Вы не представляете. Кстати, труп в Баварии опознан.