Сказка о смерти

Пита и Виктора снаружи встретили другие охранники и повели к их камерам.

Осси не торопился покидать комнату и долго усаживал крысу себе на плечо.

– У вас какой-то вопрос? – спросила Ханна.

– О чем мы будем говорить завтра?

– М-м-м. Разговор о страхах мне понравился, – признался Осси. – Правда, вы ничего не рассказали о своих страхах.

«Тебе бы, конечно, хотелось о них узнать». Посвящать клиентов в свою личную жизнь, даже самую малость, было абсолютным табу.

– Но я и не прохожу терапию, – ответила она.

– Вы чего-нибудь боитесь?

– Почему вы хотите это знать? – поинтересовалась Ханна.

Краем глаза Ханна заметила, что охранник, который еще стоял у двери, собирался снять наушники. Но Ханна жестом остановила его.

– Вы угрожаете мне? – спросила она.

– Что? Я? – возмутился Осси. Потом понизил голос: – Я просто подумал так из-за смерти вашей предшественницы. – Он повернулся спиной к охраннику, чтобы тот не сумел прочитать ни слова по его губам. – Возможно, это было никакое не самоубийство.

– Что вы имеете в виду?

– Возможно, ее толкнули.

Ханна посмотрела на Осси. На угрозу не похоже. Его голос звучал для этого слишком неуверенно. Скорее, предостережение.

– Кто? – спросила она.

– Возможно, она раскрыла какую-то тайну. Но если я расскажу вам больше, то и вашей жизни будет угрожать опасность.

Все это звучало абсолютно нереально. Ханна едва не рассмеялась, но серьезный взгляд Осси заставил ее промолчать. Его крыса так напряженно нюхала воздух, что усы вибрировали.

– Подумайте об этом. – Он развернулся и вышел из комнаты.

Сабина вошла в зал отеля, оформленный в деревенском стиле. На стенах висели рога и акварели с горными вершинами, даже люстры под деревянными балками на потолке состояли из рогов. На одном комоде стояло чучело сурка, который держал в лапе швейцарский флаг. Интересно, при жизни этот сурок и правда был патриотом?

В помещении пахло старой древесиной. Сабина задавалась вопросом, почему швейцарская уголовная полиция выбрала именно это место для разговора.

Она нашла мужчин сидящими в нише, перед ними на столе было разложено множество бумаг. Больше в зале никого не было. Когда Сабина закрыла за собой дверь, все повернули голову в ее сторону.

Хоровитц даже поприветствовал ее и представил ей прокурора Бергера, седого приятного мужчину в сшитом на заказ костюме, узел его галстука был уже заметно расслаблен.