Сказочное невезение

 – И крепко взял меня за локоть.

Я не успел стряхнуть его руку, а мы уже неведомым образом оказались на самом верху лестницы, под громкое гудение волшебства. Я чувствовал, что гудение это свободнее и чище, чем исходившее от ведьмы. Кристофер тащил меня за локоть по галерее, а я вспомнил между делом, что он ведь у нас кудесник с девятью жизнями, и от этого мне стало немного спокойнее, но окончательно я успокоился только тогда, когда мы вылетели через арку на пахнущий прогретым деревом и штукатуркой чердак Столлери.

– Ну ничего себе… – начал было я.

– Сначала в комнату, Грант.

И потянул меня в обратную сторону. Арка успела исчезнуть, и мы понеслись по знакомым чердачным переходам к себе в комнату, где оба плюхнулись на кровати; я все еще пыхтел как паровоз, а Кристофер весь обмяк, побледнел и понурился.

– Рассказывай, – приказал он, не поднимая головы.

Я рассказал ему про ведьму.

Кристофер поднял голову и сказал:

– Гм. Интересно, может, это из-за нее Милли не может выбраться? Милли ведь тоже чародейка.

И по идее, могла бы найти выход. А вместо этого ее снова и снова отбрасывает в одну и ту же вероятность. На лестнице ее не оказалось, – возможно, это дело рук ведьмы. Значит, нужно вернуться и разобраться с этой ведьмой.

Он встал. Я тоже встал, хотя ноги плохо меня держали и тряслись, и поплелся вслед за ним за нарисованную черту. Когда мы добрались до места, Кристофер застонал. Никакой арки там не было – был только обычный чердак, через который мы и пришли. Мы довольно долго сидели на полу и дожидались, но перемены так и не произошло.

– Ты нагнал на меня паники, Грант, – укорил меня Кристофер. – Нам нужно было бежать не вверх, а вниз. Ах, чтоб тебя! Мы ведь были совсем рядом.

– Наверное, во всем виновата моя дурная карма, – предположил я.

– Да не пори чушь! – отрезал Кристофер. – Ладно, пошли в библиотеку, поищем тайные книги. Не могу я больше тут сидеть. И вообще, нас того гляди застукает какая-нибудь горничная и нажалуется, что мы нарушаем правила.

Наверное, он был прав.

С другого конца чердака вдруг донеслась целая волна всяких шорохов и женских голосов – можно подумать, там внезапно собрались все горничные сразу. Пустое пространство вдоль окон отражало эхо их взвизгов и хихиканья, а еще я почувствовал, что половицы подо мной скрипят – так они скрипели, когда слуги расходились спать. Мы встали и выбрались на свою половину чердака – оказалось, что там тоже довольно шумно. Хлопали двери, топали ноги, смеялись мужские голоса.