Сказочное невезение

» – и они все выкрикнули хором:

– Ну, что там на этот раз?

Мисс Семпл первая добралась до телефона и принялась увещевающе бормотать в трубку: «Да, мадам». Потом отвернулась от аппарата в полном отчаянии.

– Ну, это уже ни в какие ворота! Теперь у нее паук в графине с водой. Фэй – нет, погоди, ты же ищешь ей колодки для обуви, да? – Ее мягкий всевидящий взор остановился на мне. – Конрад. Возьми чистый графин, стаканы и отнеси их в дамскую опочивальню на одном из лучших позолоченных подносов. Поживее, пожалуйста.

Будь я Кристофером, подумал я, я бы изобрел какой-нибудь остроумный способ объявить, что у меня уже руки отваливаются после всех этих чемоданов.

Но я – это я, поэтому я только вздохнул и отправился в кладовую, где держали стеклянную посуду, – туда вела дверь, обитая зеленым сукном. Нагрузив поднос чистым блестящим стеклом, я потащил его к лифту, думая по дороге, что леди Мэри, наверное, расстраивают сдвиги. А они совсем распоясались. Пока я добрался на третий этаж, лифт из коричневого сделался светло-желтым. Тут кто угодно расстроится, особенно с непривычки.

Лифт остановился, дверь скользнула в сторону. Снаружи ждала Милли – она по-прежнему выглядела в своей форме очень опрятной и взрослой; ей нужно было спуститься вниз. Она бросила на меня очередной выразительный взгляд.

– Нет, – сказал я. – Кристофера по-прежнему нет.

– Я на сей раз не это имела в виду, – поправила меня Милли. – Ты этот поднос понесешь леди Мэри?

– Да, – ответил я. – Фэй и все прочие уже сыты по горло.

– Не хочу создавать у тебя предвзятого мнения, – сказала Милли, – а вот предупредить обязана.

Она ведьма.

– Правда? – сказал я, выходя из лифта. – Но тогда…

Милли извернулась и проскользнула мимо. Я видел, что она очень сердита – лицо пылает, дышит тяжело.

– Да ничего тогда! – сказала она. – Ты просто поаккуратнее. И еще, Конрад, забудь все те гадости, которые я наговорила тебе про Кристофера, – это меня просто понесло. Кристофер никогда не пользуется волшебством не по делу, так… так, как она!

Дверь затворилась, и лифт унес Милли вниз.

Я зашагал по пушистому голубому ковру, свернул за угол к лучшей гостевой спальне – и все время думал про Кристофера. Он, конечно, может кого угодно довести, но, вообще-то, довольно славный. А кроме того, подумал я, он ведь бросился спасать Милли, как настоящий рыцарь – попавшую в беду красавицу. Это произвело на меня впечатление. Я даже удивился, как мне это раньше не пришло в голову. Мне очень хотелось, чтобы он вернулся.