Сказочное невезение

Графиня тоже была в ярости, вот только держать ярость под пробочкой у нее получалось куда хуже, чем у мистера Амоса. Да в ее положении этого и не требовалось. В тот вечер все было не слава богу. На бокале ее, заявила она, был отпечаток пальца, на вилке – пылинка, а на салфетке – след ржавчины. После этого она обнаружила след розовой полировальной пасты на солонке. Всякий раз одного из нас посылали – пулей – принести замену тому, что ей не понравилось, она же в ожидании обращала глаза на графа Роберта, раскрывала их пошире и выдавала одно из своих «почему?».

Когда я вернулся со сверкающей солонкой на замену, она как раз говорила:

– Послушай, друг мой, но пора бы уже отказаться от этой детской привычки потакать только своим прихотям.

Граф Роберт умел дать ей отпор – у меня бы так не получилось. Он улыбнулся и сказал:

– Мама, ты же сама попросила меня это устроить.

– Но не сейчас, Роберт. Не в тот момент, когда в доме ожидается общество по случаю празднования твоей помолвки! – ответила графиня.

 – Амос, тарелка грязная. Видите эту вот точечку на бортике?

Мистер Амос нагнулся над ее плечом и рассмотрел тарелку.

– Полагаю, что это часть узора, миледи. – Произнося эти слова, он бросил на графа Роберта злобный взгляд. – Я распоряжусь, чтобы ее немедленно заменили, – добавил он и щелкнул пальцами, подзывая Кристофера.

Когда Кристофер примчался обратно с чистой тарелкой, графу Роберту уже приходилось совсем туго.

– И ты даже не подумал о том, где эта твоя новая штатная единица будет питаться, – распиналась графиня.

 – А ведь сколько сил я потратила на то, чтобы научить тебя: джентльмен обязан думать об интересах других! Ты приводишь меня в отчаяние, Роберт! Ты ведешь себя как избалованный ребенок. Избалованный и эгоистичный! Я, я, я! До чего же ты слабохарактерный! Почему так трудно хотя бы раз проявить здравомыслие? Почему?

Вставая на свое место у стены, Кристофер закатил глаза – так, чтобы только я видел. Действительно, было очень странно смотреть, как графиня распекает графа Роберта (не надо забывать, что именно он был владельцем Столлери), точно шестилетнего карапуза, будто нет вокруг лакеев, застывших как деревянные изваяния, да и мы ее не слушаем, и мистер Амос не стоит у стола, злорадствуя по поводу того, что граф попал в переделку.

Лично мне было очень неловко. При этом мне очень хотелось понять, чем же граф Роберт так вывел из себя графиню и мистера Амоса.