Сказочный корабль

Тот медленно двинулся вверх по лестнице, сжимая в огромной лапе каменный топор чудовищных размеров. Рыжеголовый великан явно колебался.

—Что ты ткажешь, Тэм? — произнес Миллер. — Должен я разорвать его на части?

Клеменс схватил голову ладонями, сжимая затылок,

— Нет, Джо. Вероятно, он прав. Я действительно не уверен, видел ли я Ливи. Может быть, я перепутал ее с немецкой фрау, похожей на мою жену... Я не знаю, не знаю!

На норвежских судах, следовавших за «Дрейрагом», заревели рога из рыбьих костей. В ответ с палубы флагмана грохнул огромный барабан.

Сэм Клеменс бросил взгляд вперед и сказал:

— Забудь об этом, Джо, пока мы не выберемся из этой свалки — если мы выберемся из нее! Если мы уцелеем, мы вернемся к этому делу. Позже...

— Ты уже говорил «потже», Тэм, но это «потже» никогда не наступает. Почему?

— Если ты не в состоянии понять этого, значит, ты на самом деле такой тупица, каким выглядишь! — отгрызнулся Клеменс.

Слезы блеснули в глазах Джо и его огромные щеки стали мокрыми.

— Кажтый раз, когда ты бываешь обижен, ты натываешь меня тупицей. Почему ты натываешь так меня? Почему не людей, которые обижают тебя, почему не его? — великан ткнул пальцем в сторону Кровавого Топора.

— Я виноват перед тобой, Джо, — ответил Клеменс. — Истина глаголит устами младенцев и обезьяночеловека... Ты хороший парень, Джо. Ты не тупица, ты очень умный. Прости меня.

Кровавый Топор вновь обрел свой важный вид, но, на всякий случай, держался подальше от Джо. Раскачивая свое сверкающее оружие, он махнул рукой вперед и закричал:

— Скоро металл столкнется с металлом и прольется кровь! — Ха!.

. Но что я говорю! Здесь в битве сталкиваются камень с камнем и дерево с деревом — если, конечно, не считать моего топора из звездного железа! Но что с того? Меня утомили шесть месяцев мира. Я жажду криков войны, свиста копий, грохота острой стали, пронзающей плоть, потоков крови. Я хочу обручиться со смертью! — на губах викинга выступила пена, его глаза сверкали.

— Твинья! — сказал Джо Миллер.— Ты сказал плохо. Ты боишься, да, и прикрываешь это твоим большим ртом!

— Я не могу разобрать твоего бормотанья, — небрежно бросил Кровавый Топор. — Обезьяне никогда не овладеть человеческим языком.

— Ты понял меня хорошо, — Джо сжал огромный кулак.

— Успокойся, — Клеменс положил ладонь на руку гиганта и посмотрел вперед. Милях в двух вверх по течению прибрежные равнины исчезли; горы подступили к Реке, тесня ее.