– Там всё уже готово для исследования останков покойной Фелиции Керамино. Кстати, ещё кое-что. Вы помните трупы в церкви города Корнилова? Мы все подумали, что это своеобразный цветок. Неправильно. Их расположили в форме листа клевера – так, как построены древние храмы на Мальтийских островах. Довольно странное совпадение, вы не находите?"
"Проблеск № 4Аль-Малик(Северная Африка, 4 августа 1578 года)Он закрыл глаза. Говорить было нельзя – человек молился мысленно, повторяя: «Господь наш Иисус Христос, Святая Дева Мария, спасите, помилуйте раба Своего».
Оба сарацина прошли почти рядом, он слышал их грубые голоса, звон доспехов, чувствовал колебание волн – кажется, пара головорезов брела по пояс в воде.
– Эйна хаза сахиф аль-малик?
– Садыки, ана миш араф.
– Иншалла, нажи даху.[21]
В двух шагах от смерти. Сколько он уже сидит под водой, дыша через тростинку? Три часа или четыре? Мавры несколько раз подходили совсем близко, но Господь внял его молитвам. О, почему он не послушался внутреннего голоса? Бог ведь ясно объяснял – твоё дело не восседать на троне, не блистать золотом и бриллиантами, не вести войско на пустыни проклятых мавров, а сперва смиренно послужить Христу в монастыре, укрощая плоть монашеской рясой из царапающего тело волокна.
А он? О Боже, прости. С раннего детства, слушая сказки бабушки Екатерины, он грезил о разгроме сарацин, водружении знамени Святого Креста над землёй Африки, о рыцарском походе, подобном тому, что закончился завоеванием Иерусалима, – с именем Господним на устах, со смелыми друзьями в железных доспехах, повергающими на пески пустыни сотни визжащих от страха мавров.
Конечно, по традиции рыцарю полагаются прекрасные дамы (в честь каковых в основном и совершаются подвиги), но вот это его не волновало никогда: он больше грезил о царстве христианства в Африке, нежели об умелых женских ласках. И к чему привели мечты? Армия христиан полностью уничтожена – на поле боя пали тысячи, а тысячам других, связанных мавританскими арканами, суждено быть распроданными на невольничьих рынках от Алжира до Стамбула.
Его рать попала в ловушку, умело расставленную сарацинским султаном – зажав атакующих «полумесяцем», вражеские всадники с ходу изрубили половину крестоносцев, обратив остальных в паническое бегство. Отступающих воинов рубили с наскока, разваливая ятаганом череп от лба до подбородка, загоняя королевских солдат в реку; там многие пошли ко дну по вине тяжёлых доспехов.
