Скелет бога

Поездка европейских эмиссаров в Финляндию на поиски исчезнувших денег закончилась тем, что один пропал без вести (вместе с бюджетом на командировку), двое повесились, а трое ушли в жесточайший запой. Американцы и европейцы грозились прекратить помощь, но каждый раз им объясняли: без помощи республика окажется поглощённой русским медведем, и государь император опять скажет: «Я всех обыграл». В Европе пили успокоительное и снова давали деньги, хотя и со скрежетом зубовным, ибо произнести «как вы нас уже заебали» для Запада не представлялось возможным вследствие многовековых культурных традиций.

Куусинен сильно расстроился, однако не подал виду.

– Ладно, едва транш поступит, сразу купите туалетную бумагу, – прервал он тяжёлые раздумья кабинета. – Теперь позвольте посоветоваться. Какие санкции нам следует принять на этой неделе, дабы сокрушить экономику агрессивной Российской империи?

Министры заметно оживились, разрумянились и начали потирать руки.

– Э-э-э, слющий, дарагой, – послышался голос советника по самым важным делам Гиви Герцогидзе, – я тебе сичас адын умный вэщь скажу, толка ты нэ обижайся.

Грузин в правительство Финляндии стали брать по важной причине: в своё время государь император поссорился с царём Грузии, вспыхнула Великая Трёхминутная война, в каковой вся грузинская армия (в количестве сорока человек) потерпела страшное поражение, заблудившись в лесу и не найдя линии фронта. В Финляндии мудро рассудили – лучше всего досадить зловредному государю, обеспечив работой его идеологических противников.

Должность вице-премьера занял владелец фирмы по уничтожению тараканов, три заместителя министров в прошлом торговали на улицах Тифлиса хачапури в разнос, а на место губернатора одного из лапландских городов заступил сам бывший царь Грузии, соблюдавший особый пост и посему питавшийся сугубо галстуками.

– Генацвале, нада запрэтить русским продавать суда щоколядные конфэты! – продолжил Герцогидзе. – Вот тогда задрожат, э! Гельсынгфорс сразу отдадут, мамой тэбэ клянусь!

Отто Куусинен не поддавался соблазну столь быстро.

– А если они запретят нам продавать лосося? – задумчиво спросил президент."

"– А нам-то за что? – удивился Герцогидзе. – Они агрэссоры, а ми борэмся за свабоду.

Отношения между Финляндией и Российской империей вообще были довольно загадочными. Поскольку империя вооружила и профинансировала «ледяных братьев», как официально именовали в Москве лапландских повстанцев вокруг Рованиеми, финны заявляли о начале войны с Россией.