Скелеты в шкафу

Дверь была вся изборождена глубокими царапинами, и, когда Душка заскребся в нее, Билли понял, откуда они взялись. Пес явно часто хаживал сюда.

Душка поскребся в дверь трижды, и в ответ раздался надтреснутый и надменный голос:

Билли послушался и нажал на латунную ручку. Ну и странная же комната оказалась за дверью! Освещалась она только пламенем большого камина, а у камина в инвалидном кресле сидел какой-то старик. Жидкие пряди седых волос свисали ему на плечи из-под красной шерстяной шапочки, а лицо у старика было похоже на череп: глаза утонули в темных провалах глазниц, щеки впалые, да такие впалые, что их почти не видно, и рот тонкий, запавший, жуткий.

– Подойди-ка поближе, Билли Гриф, – поманил его старик длинным скрюченным пальцем.

Билли сглотнул, но повиновался. В комнате стояла невыносимая, удушливая жара. А старик-то еще и в плед закутался, ничего себе! На полпути к камину Билли остановился. Душка прошлепал мимо него и улегся у огня, тяжело пыхтя.

– Тут так жарко, сэр. – Билли начал задыхаться.

– Ничего, потерпишь. Мой песик обожает погреться у камелька. Правда, Перси? – И старик любовно усмехнулся, глянув на пса. Впрочем, эта гримаса больше напоминала оскал.

– А я думал, это кухаркин пес.

– Он тоже думает, что он кухаркин пес, потому что я уже не в состоянии выводить его погулять. Верно, Перси?

– А мне он сказал, что его зовут Душка. – Билли сделал робкий шажок вперед.

– Зовут его Персиваль Петтигрю Пеннингтон Питт. Он просто думает, будто у него кличка Душка.

Билли в жизни не пробовал какао. Он не знал, что отвечать.

– Этот чудесный, горячий и сладкий напиток дарит прекрасные сны. – Старик опять покивал скрюченным пальцем. – Вон там у огня греется ковшик с молоком. А там, у меня на столике, две чашки, в них уже насыпано какао и сахар. Тебе нужно просто налить горячее молоко, как следует размешать, и мы с тобой сможем славно поболтать за чашечкой горячего какао.

– Да, сэр. – Билли в точности выполнил все указания старика и вскоре уже блаженствовал в огромном уютном кресле, смакуя первую в своей жизни чашку какао.

Старик с громким хлюпаньем отпил глоток-другой, а потом заговорил:

– Ну что ж, Билли, тебе, должно быть, очень интересно, кто я такой. Я – мистер Блур Дважды старший. Хе-хе-хе! – Смешок у старика вновь вышел надтреснутый. – А еще я – Иезекииль. Можешь называть меня просто мистер Иезекииль.