Схватка с судьбой

И каждая ночь запоминалась Лоэзии в деталях. Ведь она проводила её с мужчиной. Он всегда лежал рядом, не дальше чем в локте от неё. Ложился, закрывал глаза и почти сразу же засыпал. А Лоэзия лежала и долго-долго смотрела на его профиль, освещённый лунным светом, и слушала, как снаружи поют ночные птицы, шумят деревья и жутковато, но совсем не страшно (господин же рядом) стонет старый дом.

Оказывается, ночью стыд засыпает. Стыд засыпает, а тело продолжает бодрствовать и в голове появляются дикие, смущающие мысли. Хотелось прикоснуться к лицу тёмного, очертить пальцами окаменевшую кожу, положить ладонь на грудь мужчины и послушать, как стучит его сердце – оно же у него есть, – и, взяв его за руку, уснуть.

Но Лоэзия ни разу не осмелилась. Может быть, сегодня ночью она наконец наберётся храбрости.

Ёрдел закрыл крышечку светильника перед тем, как ступить на площадь: толпа сновала туда-сюда и прохожие постоянно налетали на невидимое препятствие, что «препятствию» не очень нравилось. Ёрделу вообще не нравилось это место: торговая площадь шумела.

Кричала, орала, грохотала, смеялась… Затылок почти сразу болезненно заныл. Но здесь можно было найти что угодно и кого угодно.

Радость Лоэзии несколько померкла. Торговцы зазывно подмигивали, чем очень смущали девушку, и она лишь судорожно сжимала пальчики на ладони тёмного. На торговой площади она бывала лишь пару раз до этого. Юдриш втайне от Мариша брал её с собой, когда она была ещё ребёнком. Но тогда торговые ряды не показались ей такими шумными и пугающими.

Они были волшебными. Впрочем, прошло совсем немного времени, прежде чем Лоэзию увлекли разнообразные товары и она перестала обращать внимание на шум и восхищённые мужские взгляды. Отпускать тёмного она не рисковала и тянула его за собой к каждому прилавку, что притягивал её взгляд. Радушные торговцы, обрадованно вскидывающие брови при виде красавицы, уже через несколько секунд боязливо опускали глаза, замечая её спутника: высокого мужчину в плаще. И оборотни, и люди чувствовали, что с этим охранником лучше совсем не связываться.

У одного из прилавков толпились дети. Его заваливали пёстрые клубки лент, берестяные коробочки с цветными бусинами, полосы вышитых налобных повязок, затейливые плетёные ремешки, блестящие бисерные браслеты, тряпичные куклы в ярких платьях и узорчатые деревянные мечи и кинжалы. Взгляд Лоэзии привлёк сам прилавок, а Ёрдела – дети.

Пока девушка осматривала товар поверх детских голов, Ёрдел задумчиво глядел то на неё, то на ребятишек.