Сколько стоит любовь

Надеялся, что сможет расслабиться и выпустить пар, но почему ему противны даже прикосновения другой, которые прежде сводили с ума?

Перед взором Бена предстало спокойное личико леди Авроры. Ее взгляд устремился в самое сердце Кэшема, наполняя его чувством непередаваемого восторга.

Невольная улыбка скользнула по губам мужчины и Хезер, приняв ее на свой счет, решила действовать. Приподнявшись на цыпочки, она потянулась к губам будущего герцога, притягивая его к себе. Но Бен внезапно сбросил ее руки со своих плеч.

- Не сегодня, Хезер, - произнес он и, достав из кармана кошель, вложил его в руки девушки, добавив, - извини, мне, кажется, пора.

- Но, милорд? – она удивленно захлопала длинными ресницами, только Бенедикт ее уже не услышал. Направившись прочь из гостиной, он на ходу крикнул, подзывая лакея.

- Мои вещи!

Слуга появился спустя мгновение. Казалось, он был удивлен, но принес одежду Кэшему и помог надеть на плечи плащ, после чего распахнул перед гостем дверь и замер, глядя, как высокая фигура милорда исчезает в темноте.

- Он ушел? – раздался голос за плечом слуги.

Лакей обернулся и, увидев стоящую рядом хозяйку, быстро кивнул.

- Мадам, я не виновата! – проговорила подбежавшая к Грейс девушка.

Леди Мандрагор лишь скупо улыбнулась и сказала:

- Я знаю, дорогая. Я знаю.

********

Этим утром, помимо очередного букета от жениха я получила нечто странное. То, что получить никак не ожидала.

А именно, письмо, подписанное рукой лорда Харбора, с его печатью и загадочной надписью на конверте:

«Для леди Авроры Роттенгейн.

- Что там, Рори? Лорд Кэшем написал тебе любовное письмо? – спросила мама и было протянула руку, чтобы взять конверт, но я ловко спрятала его себе за спину, решив, что новости от Харбора могу прочесть и позже, не откладывая завтрак.

Еще мудрее было бы сжечь письмо, но кто знает, что он решил сообщить мне. Вдруг извинялся за свою настойчивость? Я не могла просто пойти на поводу у эмоций, что не всегда бывает верно.

- Это личное, матушка, - проговорила, глядя в удивленное лицо матери.

- Значит точно любовное послание, - кивнула она мгновение спустя, после чего хитро улыбнулась и посмотрела на цветы, - лорд Кэшем очень деликатный джентльмен. Какой букет! Какие розы!

Я невольно оглянулась и посмотрела на цветы. Матушка была права. Столь изысканного цвета я прежде не видела.