Сколько стоит любовь

Его взгляд скользнул по моему наряду. Сегодня я надела длинное темно-синее платье, шляпку в тон и белые перчатки, под цвет легкого кружева, украшавшего рукава и ворот. Уложив волосы в незамысловатую прическу, надела поверх бархатную шапочку и была готова к путешествию.

- Полагаю, Престоны будут рады твоему визиту. Они милые люди. А сэр Дуглас, несмотря на почтенный возраст, еще является видным мужчиной, - сообщил муж.

- Твоя матушка на сей раз высказала желание присоединиться ко мне, - сообщила Бену.

Он приподнял брови, хмыкнув еле слышно:

- Жаль, что она не изъявила его, когда ты отправилась к Фрейзерам совершенно одна.

"- Я тебя слышу! – напомнила супругу.

- Вот и замечательно, - он явно не был опечален своей дерзостью.

- Если не желаешь, чтобы я водила знакомство с Фрейзерами, то будь любезен озвучь весомую причину. Иначе я считаю твое недовольство просто проявлением ревности, - выпалила решительно, и сама поразилась собственным словам.

- Что? – он удивленно моргнул и на какое-то время с надменного лица спала маска безразличия.

Мы посмотрели друг на друга, прежде, чем муж сипло добавил:

- Ты полагаешь, я ревную?

- Да. Я думала над твоими словами едва ли не целую ночь и пришла к такому выводу, - продолжила с легкой улыбкой.

Я и в самом деле плохо спала ночью. Мало того, что с вечера резко испортилась погода и всю ночь дул непрерывный ледяной ветер, а океан шумел так, что казалось, я лежу не за стенами замка, а сижу у кромки берега. Так еще и бессонница одолела.

Я то и дело вспоминала Бенедикта и наш разговор.

Не в моих привычках было говорить не подумав, но рядом с Беном порой теряла привычную выдержку и вот результат!

- Я? – его брови, темные, как смоль, приподнялись в удивлении. – Я – ревную?

- Иного объяснения твоему поведению у меня пока нет, - пожала плечами.

- Глупости какие, - он резко отвернулся и, бросив взгляд на мое отражение в зеркале, вышел из спальни более не сказав ни слова.

Я же, проводив его взглядом, вдруг осознала, что, возможно, оказалась права.

Пожав плечами, тоже заглянула в зеркало. Мне понравилось, как сидит на волосах бархатная шляпка. Ее цвет был точно в цвет платья. А синий мне несказанно шел, как и другие насыщенные цвета, не те, блеклые, в которые меня наряжала матушка.

В дверях столкнулась с горничной, которая, сделав поспешный книксен, произнесла:

- Леди Кэшем, госпожа герцогиня сказала, что будет ждать вас внизу в холле.

- Да.