Сколько стоит ваше сердце?

Это значит "да", Алета?

— При одном условии, — опомнилась она, — вы сейчас же дадите мне слово… а лучше — клятву на амулете, что через три года разорвете помолвку, не пытаясь каким-то образом удержать меня и настоять на своих правах.

— Осторожная птичка, — улыбнулся он, — чем ты хочешь, чтобы я поклялся? Короной? Своей жизнью?

— Моей жизнью, — выпалила Алета, глядя прямо в антрацитовые глаза. И уловила, как в их темной, непостижимой глубине что-то едва заметно дрогнуло.

Но внешне это никак не проявилось. Рамер Девятый расстегнул пару крючков на камзоле, двумя пальцами вытащил из ворота серебряный кулон с крупным, шлифованным, но не граненым бесцветным камнем.

Острой кромкой оправы уколол ладонь. Подождал, пока она наполнится кровью и, сжав амулет, негромко, но отчетливо произнес:

— Я, Рамер Дженга, клянусь жизнью моей невесты Алеты Шайро-Туан, по истечении трех лет от сего дня расторгнуть помолвку, не пытаясь каким-то образом удержать невесту или настоять на своих правах… — Алета кивала в такт, чувствуя, как разжимается рука страха, сдавившая сердце, — Если… Что же вы так побледнели, моя дорогая? Пограничное условие должно быть, иначе клятва не будет действительной и амулет ее не примет.

Вы не знали? Но теперь поздно отрабатывать назад, кровь уже пролилась. Итак: если моя невеста, Алета Шайро-Туан, за это время не понесет наследника императорской крови.

— Что? — опешила Алета.

В это время амулет в руке Рамера вспыхнул ослепительно-белым, запахло свежестью и пятна крови исчезли: с руки, одежды, пола.

— Клятва дана и принята.

— Какой наследник? Мы так не договаривались! Я не собираюсь…

— Тише, дорогая моя. Сейчас сюда сбежится вся резиденция. Не собираетесь — очень хорошо. Я тоже не собираюсь.

— Граничное условие. Я должен был его поставить. И если клятва на крови, то оно должно быть как-то связано с кровью. Это единственное, что пришло мне в голову. Если б вы дали мне время подумать…

— Ну не я же потребовал немедленной клятвы на амулете.

— Вы меня обманули! — обвиняюще сверкнули зеленые глаза.

— Есть немного, — не стал оправдываться Рамер, — но зато вы сами убедились, что обмануть вас ничего не стоит. Вы потрясающе наивны, Алета. Это факт, который только что блестяще подтвердился. Надеюсь, вы не будете спорить с фактами? Вам просто нельзя в этом мире быть одной. Вы не справитесь. Это факт, моя дорогая графиня Шайро-Туан.

Он встал и шагнул к ней, все немаленькое расстояние уместилось в один широкий шаг, мягко взял за плечи и потянул к себе.