Сколько стоит ваше сердце?

— Какой у тебя уровень, Святой? — полюбопытствовал маг, с удовольствием глядя как табун взбесившихся коней разносит вдребезги выстроенные для атаки ряды бритых. Крики и чужеземный мат долетали до редута.

— Небольшой. — признался Марк и не утерпел, съязвил, — мне Небо помогает.

— Вот только не говори, что ты равенство Сая-Тревора второго порядка в уме решил, — подозрительно сощурился огневик.

— Нет, конечно, — покладисто согласился Винкер и ни буквой не соврал. Равенство было третьего порядка.

В стороне противника пронзительно завизжали дудки, собирая солдат.

— Перегруппировка? — предположил маг.

— Похоже на то. Кажется, у нас есть время подготовится к следующему штурму.

— Думаешь, он будет?

— Какая разница, — резонно заметил командир артиллеристов, — будет — не будет, это бритые решат, а готовится надо.

— Золотые слова, — одобрил стратег.

— Ага. Кончится бой — снесу ювелиру, — хмыкнул парень, — вдруг оценит?

Прохладный хлебный квасок, резковатый, с чуть-чуть заметной ноткой хмеля, после жаркого боя был тем, что лекарь прописал.

Бочку притащил длинноухий пузатый ослик с влажными, грустными глазами. А правил им малец лет десяти, не больше.

— Защитникам нашим от градоправителя! — крикнул он.

И даже Гай не нашел в этом ничего подозрительного. По обычаю же! Он первым зачерпнул деревянным ковшом из бочки, пригубил квас, довольно прищурился.

…По городу быстро двигался маленький, но хорошо вооруженный отряд. Двигался он целенаправленно, к воротам, и спешил. Очень спешил. После завоевания Аверсума, барону Нерскому было обещано графство, и он не собирался упускать свой шанс.

Этот звук — протяжный, вроде бы и не громкий, но какой-то уж очень пронзительный скрип ни с чем перепутать было невозможно.

С такой милой особинкой открывались городские ворота Бара — в мирной жизни здоровенные железные петли регулярно смазывали.

Так сказать, еще одна дополнительная страховка. Не слишком действенная, но лучше, чем ничего.

Местные звук узнали сразу и обернулись, как по команде.

— Вылазка? Зачем бы это? Наших в крепости и так мало…

Марк сообразил сразу, потому, что, как и Райкер, ждал предательства.