Сколько стоит ваше сердце?

— Что это значит? — Гевор обвел зал недоумевающим взглядом, — амулет неисправен?

— Это возможно, — с энтузиазмом кивнул Шанту.

— И что, это можно как-то проверить? Организуйте это побыстрее!

У Марка зачесался язык предложить князю провести проверку лично. А что — это будет очень быстро: подойти к камню, положить на него руку и чего-нибудь соврать. Если Его Сиятельство сгорит — значит амулет работает.

— Сын Неба, — мягко сказал жрец. Голос у него оказался низким и на диво не агрессивным, — Ответь мне… Можешь снять руку с этого камня, мне не требуются амулеты, чтобы различить правду и ложь.

— Нет, уважаемый, — отозвался Марк. И, пока глаза всех присутствующих не выскочили из орбит, добавил, — Я вообще ни в кого не верую. Насколько мне знакомы законы Империи, это не запрещено и не является преступлением.

Надо отдать должное капюшону, оправился он быстро.

— Ты не считаешь нашу веру истинной? — довольно резко спросил он.

— "Истина без пути к ней ведущему — есть труп", — процитировал Марк.

— Ересь! — Брови жреца встопорщились от возмущения.

— Не совсем, — Марк тряхнул темными вихрами, — Скорее — девиз. Он начертан на фасаде одного из самых уважаемых учебных заведений — Императорского Университета, который находится под патронажем Короны.

Лицо жреца все больше вытягивалось, грозя переплюнуть лошадиную морду. Винкеру стало даже жаль несчастного, у которого только что пошатнулся мир.

— Это точка зрения ученых, уважаемый жрец, — с сочувствием добавил он, — вам совсем не обязательно ее придерживаться. Просто мне она близка.

— Бездна адова! — рявкнул Гевор, — Здесь суд или научный диспут?

— Приношу извинения, — Марк наклонил голову, пряча бессовестно веселые глаза. Он ничего не мог с собой поделать — жизнь висела на волоске, а из него, как перезревшее тесто из опары, перло дурное веселье.

— Я уже закончил, — жрец пожал плечами, — может быть, этот человек в чем-то и виновен, но он явно не Эдер.

"Да здравствует логика, царица наук! Может, еще и отпустят… а у свинок есть крылья".

По проходу быстро прошел молодой паренек в скромном мундире младшего служащего, подался вперед, к Шанту, и что-то зашептал ему на ухо. И как Винкер не напрягал слух, расслышать ничего не удалось.