Сколько стоит ваше сердце?

— Гвоздик, — не поняло "сиятельство", — Зачем?

— В крышку гроба, — любезно пояснил Марк.

— Ах ты, сучка языкастая! — сиятельство шагнуло, было, вперед, но запнулось — и рухнуло на пол, неловко загребая ногами.

— Чем ты его? — полюбопытствовала Алета.

— Шпагой. Да рукоятью, рукоятью. Все равно эта парадная ковырялка больше ни на что не годиться, ей и каплуна не зарежешь.

— А почему ты не взял нормальный кинжал? — удивилась баронесса.

— Почему не взял? — на этот раз удивился уже Марк, — а это что, по-твоему — и в руку Алеты легла узкая рукоять.

Синее лезвие тускло блеснуло в свете магических огней.

— Юкка, — баронесса положила ее на ладонь, попробовала пальцем лезвие. Со знанием дела прикинула баланс и вынесла вердикт, — годится. Почему не воспользовался?

— Какая ты кровожадная, — протянул Марк, впрочем, скорее одобрительно, — А зачем нам на балу труп графа, да еще родственника Главного Жреца.

— Но он же теперь будет мстить.

— Не будет, — Марк уверенно взял баронессу за локоть, помог перебраться через распростертое тело и повел к выходу, — когда очнется — ничего не вспомнит.

У меня в рукоять такое специальное полезное заклинание заряжено, из менталистики. Выносит две последние клепсидры начисто.

— Здорово, — согласилась Алета, — а почему он так тебя называл? Я имею в виду…

— Быдлом? Потому что я не дворянин.

Надо отдать должное баронессе, она и глазом не моргнула.

— О-о… Маркиза говорила, что в страже в последнее время появились простолюдины. Наверное, тебе тяжело здесь, во дворце?

— Жить вообще нелегко, — пожал плечами Марк, — но это же не повод бросаться на шпагу? Да не так уж сильно они меня и достали.

— Тем не менее, полезное заклинание у тебя всегда наготове, — поддела Алета.

— Предусмотрительность — мое второе имя, — согласился Марк.

— А первое — безрассудство?

— Есть такое, — легко рассмеялся он.

Бальный зал приближался, звуки музыки стали слышнее. Музыканты пробовали первые такты.

— Идем скорее, — заторопился Марк, — сейчас эльс будет. Заодно и попрактикуешься! Вы ведь позволите вас пригласить, прелестная баронесса?

— А если я споткнусь?

— Подхвачу.

Никто ничего не заметит. Ну же, Алета! Неужели тебе не хочется танцевать в императорском дворце?!!

— Хочется, — призналась — как выдохнула она.

— Ну так просто возьми и сделай это. Раз хочется. — Черные блестящие глаза звали, манили, провоцировали. Баронесса и сама не поняла, как вложила свою руку в его ладонь и позволила вывести себя на середину зала.