Скорби Сатаны

Кроме того, голова моя отяжелела от вина, привычку к которому я давно потерял.

– Честно говоря, я предпочел бы лечь в постель… – признался я. – Но как насчет моего номера?

– О, Амиэль об этом позаботится. Сейчас мы его спросим.

Он коснулся кнопки звонка, и слуга мгновенно явился.

– Готов ли номер для мистера Темпеста?

– Да, ваше сиятельство. Апартаменты в этом коридоре почти напротив ваших. Они не так хорошо обставлены, как было бы возможно, но я сделал их максимально удобными, чтобы провести ночь.

– Большое спасибо, очень вам обязан! – сказал я.

Амиэль почтительно поклонился:

– Благодарю вас, сэр.

Он удалился, а я подошел к хозяину, чтобы пожелать ему спокойной ночи. Он пожал мою протянутую руку и некоторое время удерживал ее в своей, глядя на меня с любопытством.

– Вы нравитесь мне, Джеффри Темпест, – сказал он. – В вас есть задатки чего-то возвышающего вас над обычными земными существами. И я собираюсь сделать вам довольно странное предложение. Вот оно: если я вам не нравлюсь, скажите об этом немедленно, и мы тотчас расстанемся, не успев узнать друг друга, и, если пожелаете, никогда больше не встретимся.

Но если, напротив, я вам нравлюсь и вы находите в моем эмоциональном и умственном складе нечто сообразное вашему характеру, то пообещайте, что станете мне другом и товарищем на некоторое время – скажем, на несколько месяцев. Я могу ввести вас в лучшее общество и познакомить с самыми красивыми женщинами и с самыми блестящими мужчинами Европы. Я знаком со всеми ними и полагаю, что смогу быть вам полезен. Но если в глубине вашей натуры таится хоть малейшее отвращение ко мне, – тут он сделал паузу, а затем продолжил необычайно торжественно, – то ради Бога, дайте этому отвращению излиться в полной мере и позвольте мне уйти. Ибо, клянусь вам со всей серьезностью: я не тот, кем кажусь!

Потрясенный странным видом и манерой речи своего нового знакомого, я какое-то время оставался в нерешительности. От этого момента – о, если бы я только мог знать! – зависело мое будущее.

Князь был прав: я чувствовал легкое недоверие и даже отвращение к этому обаятельному, но циничному человеку, и он, похоже, это угадал. Но все подозрения вылетели из моей головы, и я с новой сердечностью пожал ему руку.

– Дорогой мой, ваше предупреждение запоздало! – весело ответил я. – Кем бы вы ни были и кем бы себя ни считали, ваш характер подходит мне как нельзя лучше, и я считаю, что мне очень повезло познакомиться с вами.